Аделина Сотникова: Я хотела, чтобы зрители получили удовольствие от моего катания (видео)

Эта девушка очаровала всю страну. И своим безупречным катанием, и скромным обаянием. Аделина Сотникова первой в истории России смогла добиться олимпийского золота в одиночном катании!

Конечно же, внимание СМИ к олимпийской чемпионке сейчас велико. Но она признается, что ей это приятно! И с удовольствием отвечает на вопросы болельщиков.

Челышев (ведущий на ТВ и радио КП):

— В прямом эфире олимпийская чемпионка Сочи Аделина Сотникова:

Аделина Сотникова (олимпийская чемпионка по фигурному катанию):

— Здравствуйте!

Челышев:

— И ее легендарный тренер Елена Германовна Буянова.

Буянова:

— Здравствуйте!

Челышев:

— Инесса Рассказова, добрый день!

Рассказова (спортивный обозреватель):

— Здравствуйте!

Челышев:

— Вы сказали, что устали от всего этого внимания колоссального. Я неправильно начал… От имени нашего большого коллектива вам эти скромные букеты.

Сотникова:

— Спасибо!

Челышев:

— Сегодня стало известно, что ваше имя хотят сделать брендом. Прошла новость, что кто-то хочет открыть спортшколу и назвать ее «Аделина». Вы об этом что-то знаете?

Сотникова:

— Нет. Не знаю.

Челышев:

— В прессе говорят, что за этим стоят какие-то представители Татьяны Тарасовой. Правда, сама Тарасова все опровергла, сказала, что если бы открыла спортшколу, она бы ее назвала «Алексей» в честь Ягудина. Шутка. Она сказала бы, конечно, назвала бы ее «Татьяна».

Елена Германовна, вчера показывали, как вашу подопечную встречали в ЦСКА. И она там на высоком каблуке, прямо на льду… Не опасно? Вы разрешаете такие вещи?

Буянова:

— Надеюсь, я научила ее хорошей координации. Поэтому все будет нормально. Я уверена. Думаю, что у нас ЦСКА, но Аделина мне показала, что сделали гениально на льду ее имя. И 2014. Я думаю, что это будет на всю жизнь. Мне кажется, впервые такое. Это говорит о том, что у нас в школе ее очень любят.

Сотникова:

— Это не то, что гениально…

Буянова:

— Это искренняя любовь к ней нашей школы. Я не знаю ни одного человека, который бы ее не любил.

Рассказова:

— У нас на сайте много вопросов. И вы будете удивлены, за вас болели даже в Мексике. Хочу зачитать послание читателя «Советского спорта»: «Аделина, пишет вам мексиканский читатель. Я владею русским языком. Я живу в Европе. Еще до начала игр я посоветовал сестре на родине обратить внимание на вас, как на перспективную олимпическую чемпионку. Ей очень понравилось качество ваших прыжков. Она бывшая гимнастка. И она поняла, что у вас были большие шансы выиграть турнир». На самом деле, какие шансы у вас были, не знал никто, но Петр Чернышев, ставивший вам программу, рассказывает о вашей последней тренировке, на которую вы пришли, он упоминает, в черном трико. И когда он увидел, как вы тренировались, он сказал: «Мне стало страшно. Я понял, что что-то произойдет». Расскажите о ваших ощущениях.

Буянова:

— Я надеюсь, что мы правильно приехали на турнир и с правильным настроем. Конечно, нам было очень тяжело, в первую очередь, Аделине. Мы не участвовали в командном турнире. Мы до последнего момента не знали. Сообщение о том, что она не выступает в командном, конечно, негативно сказалось на нашем настроении. И Аделина очень переживала. Рада, что мы нашли слова, были рядом все время…

Рассказова:

— Что это были за слова?

Буянова:

— Это очень сложно передать. Это эмоции. Специально о них не думаешь. Складываются отношения, которые есть, искренние. И я рада, что в тот момент мы были все с ней рядом. И Ирина Тагаева, и Петр, и Татьяна Анатольевна, и все как-то получилось. Для нее было сложно, что она туда приехала, на этот командный. И ей сказали, что.. Она обязана там была быть. И по телевидению показывали, что она была на трибуне. Скучающая. И она все это видела. Видела, как всех поздравляли. Конечно, это очень обидно, как спортсменке. Но, надеюсь, это нас закалило. Поэтому когда она уже приехала на старт, она уже была с другим настроением, с боевым. И мы немножко сняли с нее такую ответственность… И я ей говорила, пусть она почувствует, что это праздник четырехлетия, это наш дом, наши зрители. И от этого надо получить удовольствие. И то, что она получила, как тренер, я видела, что она была увереннее всех.

Сотникова:

— Когда я приехала на основные соревнования, я почувствовала именно праздник. Я приехала, как на праздник, показать свое катание. И как меня Ирина Германовна настроила, и все остальные, я так и приехала. И каталась именно в кайф.

Рассказова:

— А в те минуты вы помнили о своем обещании Владимиру Путину, что станете олимпийской чемпионкой.

Сотникова:

— У меня было это в голове. Но я потом перестала об этом думать. Это было еще до Олимпиады. Я начинала вспоминать, что я обещала. И подумала, что надо это забыть, а просто кататься. Я вспомнила потом, когда стала олимпийской чемпионкой. И когда он меня поздравлял, я вспомнила и сказала: «Вы помните, что я сказала, когда…?»

Рассказова:

— Вы даже снимок показывали?

Сотникова:

— Я показала снимок, который сделан пять лет назад, после Спартакиады.

Буянова:

— Он был настолько искренен тогда, потому что на соревновании на Спартакиаде она была очень маленькая. И он был удивлен. На фоне таких атлетов, такая девчушка… И он искренне ее обнимал и поздравлял. Были потом встречи, когда открывали Новогорск, как-то все время пересекались.

Сотникова:

— И я опять была с этой фотографией: «Распишитесь, пожалуйста».

Рассказова:

— Теперь уже Владимир Владимирович просит автограф… Власть переменилась.

Челышев:

— Вернулись к опыту пятилеток. Очень по-советски: за пять лет программа выполнена на сто процентов. А сейчас вы президенту ничего не обещали? Через пять лет. Хотя чего еще…

Сотникова:

— Ничего не обещала.

Буянова:

— Там такая радость была, потому что наша сборная вся и по всем видам выступила так здорово, родные стены, действительно, помогают. И было уделено спорту много. По ходу подготовки не было вообще никаких проблем. И кандидаты в сборную, к ним было такое внимание. И у тренерского состава на было такой работы, как раньше: где-то найти деньги на костюмы, на сборы, на поездки. Здесь все это было исключено. Конечно, наша общая радость настолько сплотила не только спортсменов, но и зрителей. Внимание. Насколько я была участником Олимпиад, такое отношение к нашим ребятам, такая встреча и поддержка, я видела такое впервые. Это было до слез… И мы не слышали собственного голоса, но это было уже неважно.

Мне хочется пожелать нашему руководству, чтобы эта поддержка не закончилась сегодня, потому что начинается новый цикл. И чтобы внимание оставалось.

Челышев:

— А есть опасение, что градус этого внимания начнет спадать?

Буянова:

— Знаете, как обычно бывает, проходит цикл и начинается раскачивание. Чтобы его не было. Потому что в фигурном катании молодая команда, они не заканчивают свою карьеру, они только начинают. И здесь, если будет такая же помощь, именно , в первую очередь, тренерам, потому что они не так выполняют роль менеджера, они занимаются своей работой. И это, конечно, огромная помощь

Челышев:

— Аделина, а тебе самой чего хочется от тех людей, которые вершат судьбы спорта в России?

Сотникова:

— Я понимаю, что поддержка очень нужна для нас. Это очень помогает. Я поняла это на Олимпийских играх. Я слышала от зрителей такую поддержку. И я понимала, что я сейчас хочу показать все, что умею. И получить удовольствие. И чтобы я получила удовольствие, и они получили удовольствие от моего катания.

Челышев:

— Я не могу сдерживать телефонную линию. Там уже скандал.

Буянова:

— Хорошо, что скандал. Не только в фигурном катании.

Челышев:

— Об этом мы еще поговорим.

У нас звонок. Здравствуйте, Сергей!

— Здравствуйте! Я хочу сказать пожелания нашей юной героине. Я от имени всех кубанцев, мы болели всей семьей за наших фигуристов. И хочется особенно пожелать ей светлого будущего. И чтобы она продолжала свои выступления и радовала нас.

Челышев:

— Здравствуйте! Как вас зовут, откуда вы?

— Здравствуйте. Ирина из Москвы. Аделина, хотелось бы сначала крикнуть «Ура»! Колоссальное впечатление. Сколько тепла для вас, не передать словами! С такой теплотой смотрели! Сколько положительных эмоций вы подарили!

Сотникова:

— Я все почувствовала.

— Спасибо вам! Подарили радость, фантастику. Вы знаете, в вас лучшее, что было в Жене Плющенко, когда он на таком кайфе катался, когда он буквально… И его магнетизм приводил в восторг не только трибуны, но и весь мир. Мы прекрасно это почувствовали.

И когда мы смотрели, многие говорили: она умница. Умные и глубокие глаза.

Держитесь вот этого.

Челышев:

— Еще один телефонный звонок. Яков, здравствуйте!

— Аделина, поздравляем вас с победой. Желаю вам счастья, удачи, любви. Я спорт вообще не люблю, просто поздравляем вас с победой.

Сотникова:

— Спасибо большое.

Челышев:

— Еще звонок.

— Здравствуйте! Я из Москвы. Михаил. Я очень хотел поздравить. Я желаю вам много счастья. Она мужественная девушка. Правильно. И хочу поздравить Юлю тоже. Хочу поздравить их обеих.

Челышев:

— Спасибо!

Сотникова:

— Спасибо.

Челышев:

— Еще один телефонный звонок.

— Здравствуйте! Я бы хотел поздравить Аделину. Смотрел всю Олимпиаду и очень приятно.

Рассказова:

— У нас тут еще вопросы читателей. Некоторые из них экстремальные. Мы поняли по эфире «Вечерний Ургант», что вы не боитесь экстремальных вопросов. Вот вопрос: «Аделина, а вы смотрели, как выступала ваша тренер? Она была хулиганкой на льду в хорошем смысле». Вопрос к тренеру. Были ли вы хулиганкой, на ваш взгляд?

Буянова:

— Не знаю. Наверное, поскольку я выступала в столь юном возрасте, в 12 лет, на фоне благородных девиц, когда им было по 25, я выглядела нормальным ребенком. Естественно, была пошустрей.

Сотникова:

— Когда я смотрела Елену Германовну, она была энерджайзером.

Буянова:

— Это было смешно. Сейчас.

Рассказова:

— А дальше?

Сотникова:

— Очень шустрая.

Буянова:

— Очень юная была. В 12 лет она такая же была.

Рассказова:

— Вам принадлежит такое признание, которое трудно сделать человеку, если вспомнить вашу славу. Мне люди рассказывали, что они ехали в поезде, прошло объявление, что в нашем поезде едет Елена Водорезова, и там началось столпотворение.

Однажды вы делаете признание: Аделина намного талантливее, чем была в свое время я. «А что я? Я просто хорошо прыгала».

Буянова:

— Конечно. В то время, когда я каталась, фигурное катание было совершенно другое. И сравнивать нельзя. И что она делает на сегодняшний день, мой тренер, другие тренеры не думали, что это надо делать, хотя, как тренер, я вижу, что со мной можно было это сделать. Настолько не было развито фигурное катание…

Сейчас она возросло не только в прыжковом компоненте, но и в качестве катания, в качестве вращений. И это послужило нашей победой. И не умаляет достоинства Ким. Я думаю, она в этом просчиталась, что сделала даже программу слабее, что была на той Олимпиаде. Она у нас авторитетная спортсменка. И мы ее не только перепрыгали, конечно, сложней были и вращения, и шаги, и связующие звенья. Здесь никому нигде нельзя расслабляться.

Я сейчас летела из Сочи. И когда командир корабля объявил, что летит тренер олимпийской чемпионки, весь самолет хлопал. И это не менее приятно.

Челышев:

— У нас телефонный звонок.

— Здравствуйте! Это Мария из города Тюмени. Я хочу поздравить тренера и спортсменку с большим успехом. А к какой музыке тяготеет Аделина в произвольной программе?

Буянова:

— Мы уже сделали этот номер. Она у нас более классическая девушка была в произвольной. А в короткой более яростной. Испанский характер ей очень близок. Она очень любит испанскую музыку в любом проявлении. Она внутри у нас очень яркая девушка. И страстная, что показала в «Кармен». Наверное, в дальнейшем это будет еще более проявляться. А в произвольной мы хотели показать более ее классические линии. Они были разные. И Петр увидел в ней вот эту тонкость, утонченность. И Ирина, которая в зале, до конца отточила это все. Ирина Тагаева, наш хореограф. Это все вкупе дает результат.

Челышев:

— Вы вчера, общаясь с журналистами, сказали, что устали от всего от этого. От камер…

Сотникова:

— Конечно, непривычно столько внимания.

Челышев:

— А вы чувствуете флюиды позитива?

Сотникова:

— Я чувствую, что это идет с душой, с позитивом. Это приятно.

Рассказова:

— А вы уже встретились с этим зверем под названием «папарацци»? От которого оградить себя просила Юлия Липницкая. Я заметила, вы уже в темных очках, похожа на голливудскую звезду, которая знает, что сделать, чтобы ее не узнавали на улице.

Буянова:

— Просто светит солнце, поэтому она в очках. Но, думаю, что ей очень приятно это внимание. Сейчас есть такая возможность, без тренировок. И все это фокусируется по-другому. Она заслужила это внимание.

Рассказова:

— У Липницкой все серьезно было. Даже прослушка шла. «Жучки» подкладывали. Висят на деревьях папарацци?

Сотникова:

— Пока нет.

Челышев:

— А трудно улыбаться, когда ты этого не хочешь? К разговору о журналистах… И улыбка нужна. Хочешь ты или не хочешь, имя станет брендом.

Сотникова:

— Мне пока не тяжело. Я всегда улыбаюсь. Это у меня идет изнутри.

Челышев:

— У нас телефонный звонок.

— Здравствуйте! Меня зову Сергей. Я из города Владимира. Я думаю, после Олимпиады у Аделины появилось очень много поклонников. Что с ее сердцем? Занято или свободно?

Сотникова:

— Это обязательно говорить на этом эфире?

Рассказова:

— Может, человек предложение хочет сделать?

Сотникова:

— Это личное. Зачем на весь мир говорить, что у меня…

Челышев:

— Интрига сохраняется. Следующий звонок.

— Я из города Люберец. Зову меня Маргарита. Я хотела бы Аделину Сотникову… Знаете, у меня слезы… Поздравить с победой. Такая она хорошая. А больше всего я хотела поздравить ее тренера Водорезову. И просто супер! Это что-то было! Я горда за нашу страну! Так горда вообще!

Челышев:

— Спасибо! У нас еще звонок.

— Здравствуйте! Это Гуля говорит. Я из Москвы. У меня очень много вопросов. Как и кто назвал вас Аделиной?

Сотникова:

— Меня так назвала мама. Она очень хотела дочку назвать Аделиной, потому что ее маму зовутАдалина, а должна быть Аделина. И она поменяла букву.

Челышев:

— А уменьшительно как вас называют?

Сотникова:

— Аделина.

Буянова:

— Аделек я ее зову иногда.

Рассказова:

— Вы понимаете, что в день вашей победы наверняка очень много молодых родителей решили… Мы уже знаем, что кто-то решил дочь Олимпиадой назвать, но кто-то_ наверное, Аделиной.

Сотникова:

— Безумно приятно это.

Рассказова:

— Наверное, они видят в этой девочке фигуристку. Что бы вы сказали этой девочке, которая только мечтает о том, чего вы уже добились?

Сотникова:

— Большого терпения, упорства. Никогда не опускать руки, когда что-то не получается. Идти к цели, если очень этого хочешь.

Буянова:

— В спорте очень сложно, когда родители отдают маленьких детей, то, в первую очередь, они должны понимать, что, конечно, это большой труд, работа. И всегда надо быть рядом с ребенком. И Аделина тоже прошла непростой путь. И были отчаяния, падения. Отчаяния до такой степени, что она хотела заканчивать наверняка.

Сотникова:

— Было.

Буянова:

— Я знаю, когда это бывает. Но такой характер, когда внутри есть стержень у человека, то всегда он даст результат.

Челышев:

— В начале Олимпиады ходило много разговоров, дескать, Домрачева – бывшая россиянка, сейчас за Белоруссию. И три золота. Говорили о Анастасии Кузьминой. Скорее, там какие-то системные проблемы. На тренерском уровне. Не могут разглядеть талант. Когда вам привели Аделину, вы как это разглядели? Или почувствовали?

Буянова:

— Когда Аделина пришла ко мне, она была талантливым ребенком, но у нас было очень много на тот момент талантливых детей. И у нас в группе было пять девочек. И все они были талантливы. Но Аделина подкупила упорством, трудолюбием. И это было видно. И жизнь показала. Кто-то отсеялся сам, не выдержал нагрузок. Кто-то не выдержал конкуренции. Аделина была всегда… У меня было много спортсменов. Взрослых. И она каталась уже на этом льду. И я видела, что ей страшно. Такой маленький гномик катался между ними. С ребятами выросла. Но я видела, что она это преодолевает и никогда не говорит мне об этом. И это было видно, что человек достаточно сильный, хотя снаружи она очень скромная и ласковая девочка.

Челышев:

— А ты какой Елену Германовну нашла?

Сотникова:

— Когда я пришла на просмотр, было пару раз, когда Елена Германовна кричала на ребят, они что-то делают не так.

Буянова:

— Я в гневе ужасная.

Сотникова:

— Я сначала послушала, посмотрела… Мне стало страшно сначала. А потом, когда Елена Германовна стала со мной говорить: «Давай, прыгни то, это». Мне как-то спокойно стало. И уже было не страшно, кричит она или не кричит. Мне-то понравилось, как она со мной начала общаться. И я очень хотела у нее кататься. И вот.

Рассказова:

— А это правда, что и вы, в свою очередь, удержали Елену Германовну от ухода с тренерской работы?

Буянова:

— Она-то этого не знает. Просто в фигурном катании очень много такой ситуации, когда предательство, вы, наверное, знаете, и у нас много переходов. И, конечно, когда ребенку уделяешь очень много времени, работаешь с ним, то предательства очень много. И было бы очередное предательство, мне было бы очень сложно. И у меня есть возможность не работать. И поэтому… И муж меня уговаривал, наконец, быть дома почаще. Но вот Аделина меня удержала, потому что такого порядочного спортсмена у меня вряд ли когда будет. И настолько она мне доверяла, что я посчитала, что я должна остаться из-за нее.

Рассказова:

— А предательство было со стороны другого ученика?

Буянова:

— Да.

Рассказова:

— И вы были выбиты этим?

Буянова:

— Да.

Рассказова:

— И Аделина только сейчас об этом узнает?

Буянова:

— Ну…Наверное, это ей не…

Челышев:

— А когда у Аделины появилась возможность, право говорить своему тренеру «нет», «Я не согласна».

Буянова:

— Недавно.

Челышев:

— Ровно после церемонии награждения.

Буянова:

— У нас как раз были сложные тренировки перед Олимпийскими. И для ребят, мальчишек, которые у нас катаются, когда они злятся, они могут и по борту стукнуть, кричат. И, конечно, много эмоций.

Рассказова:

— Ягудин был страшен в гневе.

Буянова:

— У нас Максим Ковтун не лучше. Все выбегают из Дворца, когда он начинает бушевать. И я нашим ребятам просто поставила грушу. И они сейчас бьют больше в грушу, стараются. И вдруг подъехала Аделина. И она так груше сделала. Груша сделала вот так. И мы думали, что это уже… И когда готовясь к Олимпиаде, у нее не получился прокат так как нужно, и я начала ей высказывать: «Ну что ты не встаешь, давай», а она мне сказала: «Я жду, когда вы успокоитесь». Я была покорена. Думаю, ну все, наконец-то заговорила. И по бортику она у нас вот так, бывает, очень интеллигентно… Поэтому какие-то эмоции они должны быть, я считаю, что это нормально…

И. Рассказова:

— Мы знаем, что вот американки становятся олимпийскими чемпионками и они встают перед необходимостью как можно скорее монетизировать свой титул. То есть, рекламные контракты и т.д. Я так понимаю, что вы в этом смысле в тепличных условиях? Вы не обязаны это все делать? И как вы вообще рассматриваете эту ситуацию?

Е. Буянова:

— Я думаю, что у нас есть такие вещи, когда наших спортсменов все-таки корреспонденты не очень любят. Потому что, например, вот Грейси Голд она вообще еще никем не была, она в первый раз стала чемпионкой Америки в этом году. И я знаю, что настолько она любимица Америки – но она еще никто. Просто люди умеют любить. А наши корреспонденты – вот то, что я сейчас читаю, то, что сейчас слышу – есть такие, кто все равно видит даже в первом месте Аделины какой-то подвох, что что-то так, что не надо, что кто-то лучше. Вот это меня всегда очень обижает… не только за Аделину, а вообще. Потому что то, что они делают, то, что мы делаем и то, что жертвуется нашими семьями – наверное, это надо понимать и просто хотя бы любить и радоваться за наших. Потому что золотая медаль просто так на грудь не ложится – она с потом, с тренировками, с жертвами, с самоотдачей только ложится на грудь, потому что случайностей не бывает. В связи с этим, конечно, у нас больше начинают любить и вот ей 17 лет и она в первый раз стала олимпийской чемпионкой и она только сейчас встречает вот такое внимание… но вот случаются и такие вещи – и мне искренне жаль таких людей, которые все время ищут подвох, что все равно в Росси не так… Конечно, сейчас поступают предложения и это, естественно, спорт и, наверное, это правильно, что она достойна всех тех предложений, которые сейчас поступают…

А. Челышев:

— Вы разберитесь насчет этой истории с патентом, потому что абсолютно серьезные и уважаемые СМИ об этом сообщили – если хотите, после эфира покажу…

Е. Буянова:

-Я думаю, Аделине будет приятно, что какая-то школа будет назваться ее именем…

Звонок от Романа:

— Здравствуйте, я из Белгорода. Вы сказали насчет приза и сама героиня сказала, что у нее такое вот сочетание способностей, задора, вдохновения… Я думаю, что золотая олимпийская медаль – это некоторая маленькая оценка того, что она излучила энергию нашему населению и особенно мужской половине…

А. Челышев:

— То есть, получается, это минимум из того, что мы можем вам дать, Аделина…

Е. Буянова:

— Прелесть просто!

А. Челышев:

— Ну, друзья мои, а как – дальше больше будет, я полагаю.

Звонок от Гульнары:

— Здравствуйте, я звоню из Казани. Ну, во-первых, хочу поздравить нашего великолепного тренера Елену Буянову и ее талантливейшую ученицу Аделину со столь грандиозным успехом. Скажите, а кем вы видите себя в будущем, Аделина? И вопрос Елене Буяновой – что вы говорите своей ученице перед тем, как она отходит от бортика во время вот этих самых грандиозных соревнований? Что тренер шепчет?

А. Сотникова:

— Ну, я все время себя вижу в роли тренера, хоть это очень нелегко. Но я очень хочу стать тренером и почувствовать те эмоции, которые испытывает Елена Германовна.

Е. Буянова:

— Ну, знаете, у меня это часто спрашивают и я говорю, что в зависимости от того состояния, в котором Аделина находится – потому что я вижу даже по жестам в каком она сейчас состоянии находится – что нас предвещало, с чем мы приехали – поэтому здесь нет какой-то закономерности, что я каждый раз одно и то же заклинание ей шепчу. В общем, здесь идут только эмоции, которые я стараюсь, что те слова до нее дошли. Потому что все равно половину слов она, я думаю, не слышит.

И. Рассказова:

— Извините, а эти слова цензурные, потому что некоторые тренеры используют разную лексику и даже спортсмены им благодарны за это…

Е. Буянова:

— Ну, в общем, конечно… Во всяком случае, с Аделиной один раз только было такое состояние, но она меня не поняла… она удивилась, наоборот, что это я сделала, зачем… Поэтому с ней это все не проходит, а с другими – да, есть такие моменты, когда, может быть, это надо.

А. Челышев:

— Елена Германовна, вы же больше, чем просто тренер, да? Вы занимаетесь чем-то, что выходит за рамки фигурного катания, если говорить об Аделине? Например, вот тебе надо сходить в театр – отличный спектакль… А еще нужно вот эту книжку прочитать…

Е. Буянова:

— Ну, по жизни, конечно, так получается, что большую часть, наверное, она со мной проводит, потому что мы и на сборах вместе, и, конечно, здесь все. И я стараюсь ее тоже направить по жизни, потому что, конечно, какие-то вещи мама подсказывает, какие-то я. Потому что я в этой профессии, в этом виде спорта уже давно и я могу ей подсказать, как себя вести… Когда она первый раз приезжала на взрослые соревнования, я ей рассказывала, как вести себя с журналистами – это же тоже целая наука. С вами чуть-чуть расслабься и уже думаешь – чем все это закончится? Ну, конечно, это образно, но, тем не менее, естественно, это объяснять надо. Вот, к примеру, пришел Максим – он многие вещи вообще не знал и не понимал и надо отдать ему должное, что он очень это умеет спрашивать.

И. Рассказова:

— Но зато он такой искренний, и это так нравится…

Е. Буянова:

— Да, конечно. Но, бывает, за эти искренние фразы вы же его и наказываете. Поэтому каким-то вещам, конечно, надо учиться. И это нормально.

И. Рассказова:

— Аделина, чего нельзя делать с журналистом – какая у тебя памятка вот от тренера?

А. Челышев:

— Вот чай можно пить, да?

Е. Буянова:

— Ну, я так это сказала – что типа наказываю – нет, конечно, но просто это в связи с тем, что есть какие-то вещи, когда вот ты на соревнованиях и как себя вести, то, конечно, это, соответственно, потом переходит на вас, журналистов, что, наверное, есть такие вещи, которые не надо говорить. Даже сейчас вот была ситуация, когда с мужчинами – а, естественно, очень много хотели интервью, и по поводу Максима, как это все так произошло, но я, например, считаю, что я не имею права сейчас вообще говорить на эту тему, потому что у меня была еще одна спортсменка и я должна была ей уделить внимание, а не разбрызгиваться на вас, журналистов.

А. Челышев:

— Вы когда-нибудь расскажете, что все-таки произошло?

Е. Буянова:

— А ничего такого и не произошло. Потому что, мне кажется, те люди, которые не смогли сделать каких-то поступков или взяли чересчур на себя много, просто не справились с этим и от слабости почему-то решили вспоминать Ковтуна, который вообще здесь совершенно не при чем. Только и всего…

А. Челышев:

— Как Максим все это перенес и нашел ли он в себе силы, энергию, ту же злость спортивную, которая помогла Аделине отчасти выиграть Олимпиаду…

И. Рассказова:

— …выразится ли это на чемпионате мира?

Е. Буянова:

— Я думаю, что у Максима этой злости хватит, потому что как раз злости ему хватает и, может быть, вот тот год, который у нас был, и настолько он был в пекле, что все-таки он немножко научился и научился, как мне кажется, и хочется, во всяком случае в это верить, разделять, что такое плохо и что такое хорошо. Потому что, конечно, они в таком возрасте – что Аделина, что Максим – им кажется, что все их должны любить и другого быть не может. Но, к сожалению, спорт, а тем более фигурное катание, очень жесткий вид спорта и, думаю, Максим тоже – я с ним разговаривала, и другие тренеры с ним разговаривали – думаю, мы найдем те слова, чтобы он дальше как-то воспрял, и он тренируется сейчас и, естественно, мы с ним все время на телефоне, и я знаю каждый шаг, и я контролирую всю подготовку, и главное, чтобы это давление, которое постоянно идет – отбор в течение сезона – это, конечно, невыносимо.

А. Челышев:

— Но ботики целы там, где Максим тренируется или уже все?

Е. Буянова:

— Ну почти.

И. Рассказова:

— Победа на Олимпиаде стала уже таким сюжетом и понятно, что невозможно отойти от каких-то чисто личных вещей. Все заметили, что вы не обнимались с юной Ким, но обнимались с Каролиной Костнер. В этом смысле, конечно, никто не может приказывать кого вам обнимать и кого поздравлять, но вот каковы ваши отношения с Ким?

А. Сотникова:

— Я просто с Каролиной соревнуюсь уже очень давно и мы с ней общаемся, и она меня всегда поддерживала. А когда она меня впервые увидела в «Кэп оф Чайна», она меня поздравила с таким акцентом, что вот какая ты молодец, и мы как-то вот подружились… То есть, я всегда за нее болела, какие бы старты у нас ни были, а с Юной мы никогда не виделись и никогда не общались с ней так вживую и я просто вижу, как она смотрит на всех девочек… Конечно, я против нее ничего не имею, но, конечно, я должна была подать ей руку – что я еще должна была сделать ей?

Е. Буянова:

— Я думаю, что это просто разные поколения. Юна Ким – это другое поколение и она сейчас встретилась на первом и единственном старте с Юной Ким и…

А. Сотникова:

— В том году мы встречались на чемпионате мира, но это было вообще как…

Е. Буянова:

— Но это было так высоко, что нас никто не заметил…

И. Рассказова:

— И потом, она же холодный человек сам по себе, да? Она не располагала к какому-то общению?

А. Сотникова:

— Нет, она только со своими общалась.

Е. Буянова:

— Мне кажется, что мы не можем про нее так говорить, потому что это, во-первых, другая культура совершенно и она в жизни-то в общем очень шустрая и улыбчивая… просто нет такого контакта… мне кажется вот эту культуру и называют холодной в катании, да, но я, например, как тренер вижу все равно в ней такую очень внутреннюю какую-то грацию, азиатскую… Поэтому очень трудно судить, когда человека так не очень хорошо знаешь.

И. Рассказова:

— Аделина, а было вообще страшно, что медаль могут отнять? То есть, мы знаем, что невозможно подать протест на оценки, мы знаем правила, а ведь многие люди не знают…

А. Сотникова:

— Я как-то не старалась это в голове у себя откладывать. Я понимала, что все равно по каким-то критериям я выше и я себе не откладывала что-то в голову…

Е. Буянова:

— Ну, она любимица страны, она спортсменка… она уже была олимпийской чемпионкой… поэтому это естественно такой ажиотаж – вся страна за ней наблюдает. Можно понять, естественно, ее болельщиков…

А. Челышев:

— Вообще сложилось впечатление, что это не ее была инициатива подавать этот протест, а представителей федерации…

Е. Буянова:

— На самом деле, никакого протеста и не было, это именно болельщики подняли…

А. Челышев:

— На сайте «Советского спорта» буквально через минут 20-30 после того, как завершился прокат последней Юны, стало понятно, что Аделина первая и появилась моментально колонка нашего корреспондента Олега Чикириса, где он просто по цифрам разложил, почему Сотникова первая и почему Ким вторая. Вот вы говорите, что какие-то журналисты все-таки поднимали какие-то разговоры, но мы видели только зарубежных критиков…

Е. Буянова:

— Ну, все время ищут, что не так было сделано нашими же для нашей же спортсменки – вот это удивляет. Мир фигурного катания не может ничего сказать, потому что цифры говорят в нашу пользу.

А. Челышев:

— Олимпиада в известном смысле нас, журналистов, тоже перепахала. Потому что так сложилось уже последними годами, что поводом для разговора, для статьи, для телепередачи – это что-то плохое, как правило, было. Олимпиада стала тем мега-поводом, когда стали писать о хорошем. И даже завзятые критиканы встали на путь созидания в этом плане… Аделина, а у вас есть какая-то, может быть, стратегия в приеме пищи, вы все себе позволяете?

А. Сотникова:

— Конечно, нет. Как я могу все принимать, когда у меня такое… я, естественно, себя ограничиваю в еде. Когда-то я устраиваю себе голодные дни – сижу именно на воде. Когда-то я ем, но очень мало.

А. Челышев:

— А какое блюдо составляет колоссальное удовольствие?

И. Рассказова:

— Что вы съели после Олимпиады с золотой медалью на груди?

А. Сотникова:

— То, что я хотела, я еще не съела.

И. Рассказова:

— А что хотела-то?

А. Сотникова:

— Я хочу тортик съесть.

Е. Буянова:

— Ну сладкое, конечно. Но дело в том, что это вообще целая проблема сейчас. У нас и мама сидит на кастрюльках, на тарелочках – она отваривает только овощи – и у нас есть Юля, врач нашей команды, которая все время помогает, она все время рядом с ней на соревнованиях. Это отдельная песня. У нас есть хореограф Ирина Анварная, которая глазами уже видит каждые 500 грамм… По-другому не может быть, потому что, в первую очередь, ей же легче и легче для суставов. Потому что нагрузки колоссальные и, конечно, лишние килограммы это только хуже для нее. Ну, думаю, и в первую очередь ей хочется самой выглядеть хорошо.

И. Рассказова:

— Но на психике же отражается то, что человек должен все время держать себя в руках?

Е. Буянова:

— Конечно, тяжело. Но дело в том, что это, наверное, стоит ради всего этого – ради сегодняшнего результата. Потому что одинаковый старт у всех – только кто-то остался только из-за этого позади, а они это смогла. И, надеюсь, потом еще сможет.

И. Рассказова:

— Да, кстати, вот ваше будущее. Обычно цель достигнута – а главное, цель, которая никому еще даже и не покорилась в нашей стране – если не брать Юлю Липницкую с командой, да. То есть, вы уже вошли во все энциклопедии, справочники – уже в 17 лет – а что дальше?

А. Сотникова:

— Я еще не все медали завоевала…

И. Рассказова:

— Перечислите, пожалуйста, все свои ближайшие цели.

А. Сотникова:

— Чемпионат мира. Чемпионат Европы. Финал Гран-При. Гран-При. Вот те цели, которых я хочу достичь.

И. Рассказова:

— Я разговаривала с Тарой Липински, с Джони Вейро, когда они оценивали – я попросила их оценивать наших фигуристок – и они сказали, что да, Аделина может, у нее прекрасное время подошло: 17 лет – особенно Тара об этом говорила… Но Джони добавил, что у Аделины есть такое свойство, что если что-то пошло не так в течение программы, ее охватывает деструкция. И вдруг вот на Олимпиаде вы предстали в совершенно другом образе… Как?

А. Сотникова:

— Вот так. Работа. Работа.

И. Рассказова:

— То есть, повторением вы преодолели, да?

Е. Буянова:

— Естественно. Здесь как бы спортсмен – слава богу, что есть такое качество, когда какие-то неудачи, очень тяжело все опять сначала начинать… Я, как тренер, предлагаю что-то новое, надо что-то пробовать, что-то искать, потому что так невозможно останавливаться – и Аделина это все берет, это все принимает. Нет такого слова «не могу», «нет» — и в этом ее такая фишка, можно сказать. С ней можно очень много пробовать, но я для этого тоже в детстве старалась дать такой запас, чтобы на таких моментах вот успевать пробовать все. Она это может. Это не каждый спортсмен может. А с ней в принципе можно пробовать все, у нее нет паники в голове…

И. Рассказова:

— То есть, наоборот, она приветствует новое?

Е. Буянова:

— Она не то чтобы приветствует, а ей это не доставляет каких-то… надо так – значит, так. Надо по-другому – значит, по-другому. Для кого-то это большая проблема. Очень большая. И очень это проблема сложная для тренера. Поэтому с ней в этом плане очень легко.

Звонок от Руслана:

— Здравствуйте, я из Москвы звоню. Я вас поздравляю с великой и прекрасной победой. Я переживал и болел за вас. Большое спасибо… Я поздравляю Аделину за то, что она дала сто очков нашим спортивным чиновникам. Вот выиграла командные соревнования Юлия Липницкая, да. Нисколько не умаляю ее достоинств. Все спортивные чиновники, все тележурналисты, все репортеры переключаются на нее, как будто бы в сборной Аделины и нету. И вот великая Татьяна Тарасова только вспоминает – не забывайте, у нас есть еще Аделина Сотникова. И Аделина выигрывает золото. Потом только оказывается, что все вспоминают, что у нас есть еще и Аделина…

Е. Буянова:

— Вот это опять же к вашей братии журналистам, что все видят одно, но забывают… Вот я видела интервью – видимо, это был повтор – Татьяну Анатольевну спрашивали, какие у Юлии Липницкой соперники из иностранных девочек и Татьяна Анатольевна сказала, что вы не забывайте, что у нас есть еще Аделина… То есть, конечно, это опять же о нелюбви, то есть, наши не любят наших спортсменов… То, что не знают – это понятно… но то, что как бы это дает Аделине сто очков вперед и как бы больших плюсов – то, что действительно это сложность была – то, что был большой ажиотаж и, наверное, Юля, действительно, девчонка классная и самобытная, и она из-за этого как раз и не выдержала. То, что наши чиновники неправильно рассчитали, потому что, конечно же, это неправильно, что она в 15 лет должна была вытягивать всю команду. Конечно, по праву, после того, как выступили наши девчонки на чемпионате Европы – Юлька и Аделина – действительно, здорово и этим надо было гордиться и дать им возможность, чтобы одна одно катала, другая другое – и, может быть, наши обе девочки были бы конкурентоспособны…

А. Челышев:

— Вообще, если честно, этого и ждали на самом деле…

Е. Буянова:

— Никто не может даже объяснить, почему Аделина не выступала – кто это сделал… То есть, это тоже вот свойство чиновников, которые перекладывают ответственность с одного на другого… Поэтому что делать – наверное, в сегодняшней ситуации мы можем сказать только спасибо им, что они так сделали.

А. Сотникова:

— Это да.

И. Рассказова:

— И теперь, поскольку уже Аделина олимпийская чемпионка, я думаю, что такие ситуации уже не повторятся…

А. Челышев:

— Кстати, насчет этих ста очков – эти сто очков тоже ведь исчезнут – теперь от Аделины все будут ждать только лучших прокатов. Так?

И. Рассказова:

— Кстати, да, вы уже сталкивались с этой ситуацией, когда она вышла из юниоров и все уже тоже знали о чудо-девочке…

Е. Буянова:

— Я надеюсь, что мы сделаем то, что мы умеем делать и это самое главное – потому что мне хочется, чтобы она следующее четырехлетие прошла здоровой. Потому что если она будет здоровой, то будет результат, который можно будет тренировать и у нас есть еще над чем поработать, прибавить в чем-то… У меня задача, как тренера, сохранить как-то ее в этом, ее, как спортсменку, улучшить, поэтому есть над чем работать и расти.

А. Челышев:

— Вот, кстати, не в качестве попытки оправдаться, а просто как констатация факта. Вот когда был вал обсуждения Юли Липницкой и ее блестящего выступления в командной части турнира, наш корреспондент Инесса в тот момент и пообщалась и Вейером, и с Тарой Липински, и попросила проанализировать перспективу выступления в короткой программе Юли и Аделины, и тогда-то мы получили четкий расклад на то, у кого какие есть шансы.

Аделина, вот сегодня стартовала эстафета паралимпийского огня – короткое такое пожелание, может быть, нашим паралимпийцам – хотя, не только нашим, может быть…

А. Сотникова:

— Они уже герои – то, что они выступают на этих играх. Это люди герои все до единого. Они сильнее нас, обычных людей, настолько, потому что у них такая сила воли, у них такой труд… они тренируются и выходят на эти игры, что можно просто восхищаться только ими…

Е. Буянова:

— Победа у них до слез. Просто их смотришь до слез, до мурашек… Вот это действительно победы!

А. Сотникова:

— Да, ты смотришь и у тебя просто слезы льются, потому что как же так это возможно…

И. Рассказова:

— Я слышала от Татьяны Анатольевны, что ваша сестра хочет выступать на паралимпийских играх, да?

Е. Буянова:

— Машка у нее очень сильная…

А. Сотникова:

— Она любит больше танцевать, чем заниматься спортом…

И. Рассказова:

— То есть, не будет этого,

А. Сотникова:

— Нет.

А. Челышев:

— Аделина, о чем ты мечтаешь?

А. Сотникова:

— Моя первая мечта уже сбылась…

Е. Буянова:

— Помните, была реклама – я ее обожала – когда маленькие дети… «хочу золото»…

А. Сотникова:

— Вот именно об этом я и мечтала. И моя первая мечта сбылась…

И. Рассказова:

— А в глобальном смысле?

А. Сотникова:

— Пока у меня в голову больше ничего не приходит в данный момент.

Е. Буянова:

— Вы знаете, столько отдано, столько сил, что, конечно, хочется отдохнуть…

И. Рассказова:

— И напоследок провокационный вопрос. Всех же интересует ваше соперничество с Юлей Липницкой – вот все в этом видят уже Плющенко-Ягудин…

А. Челышев:

— Мы уже не успеваем… у нас осталось до конца 15 секунд… пусть это тоже останется тайной… Спасибо большое.

www.kp.ru

Загрузка...

Поиск
Загрузка...