Александра Степанова и Иван Букин: судьями быть не хочется, карму портить

Александра Степанова и Иван Букин одержали в Хельсинки первую в карьере победу на этапе Гран-при в танцах на льду. В интервью выпускающему редактору РИА Новости Андрею Симоненко фигуристы рассказали, с какими мыслями подошли к первому сезону нового олимпийского цикла, как собираются в нем удивлять — а еще объяснили, почему им приятно слышать вопросы, пара ли они в жизни.

«История с Пхенчханом — пройденный этап»

— Александра, Иван, начать хотел с вопроса о событиях января-февраля, когда вас не допустили на Олимпийские игры. Был шанс, что вы бы после такого разочарования просто не стали бы продолжать карьеру?

Александра: Нет, конечно. Кому мы сделали бы хуже? Только себе. Мне кажется, ни у одного спортсмена не возникло бы таких мыслей, когда он только поднимается по карьерной лестнице.

— Обида долго в вас сидела?

А: Честно говоря, уже тяжело это вспомнить. Мы от этого отошли, это забыли. Нам давно нечего по этой теме сказать, потому что это пройденный этап. Да, так случилось, до сих пор мы не понимаем, почему это случилось, нам ничего не объяснили. Но прошло и прошло.

— Тогда, если возвращаться к фигурному катанию, спрошу вот что. Именно в постолимпийском сезоне четыре года назад совершили прорыв Габриэлла Пападакис/Гийом Сизерон, которых вы по юниорам обыгрывали. Перед началом нынешнего сезона задумывали ли вы сделать нечто такое, чтобы все ахнули — и именно вы стали авторами такого прорыва?

А: Да мы каждый новый сезон заряжаем себя на то, что надо удивлять чем-то, показывать себя, раскрывать, улучшать. У тренеров, конечно, были мысли о том, что надо сделать в первый сезон нового олимпийского цикла, потому что он очень важен. И, конечно, они задумывались, какие программы под какую музыку нам подобрать. А мы им доверяем, знаем, что они хотят для нас только побед и самого лучшего.

— То есть тема музыки произвольного танца была их идеей, которая вам сразу понравилась?

Иван: Да, они предложили, и так получилось, что они поставили на льду эту музыку, и нам очень понравилось. Вообще, когда ты первый раз слышишь музыку, ты пытаешься себя в ней представить, и мы, конечно, были сначала несколько ошарашены. Но потом прослушали ее еще раз и поняли, что это будет очень интересно. А когда приступили к постановке программы, увидели, что (хореограф) Петр Чернышев чувствует себя в этой музыке очень комфортно, она ему нравится, и его движения логично ложатся. Работать было очень классно и интересно.

«Знаем, как это — играть любовь»

— Что для вас самое сложное в этом танце?

А: Наверное, показывать взрослые эмоции. Которые будут не просто отыгрывать, а выглядеть по-настоящему. Блюз — сексуальный танец, экспрессивный. Там зарождаются некие отношения, флирт, то есть вещи, которые в жизни тоже происходят. Так что нам нужно показать игру, театр на льду, чтобы люди нам поверили и подумали, что в этом что-то есть.

— Вы не испытываете неловкости от того, что флиртуете на льду, но в жизни флиртуете не друг с другом?

И: Мне кажется, это совершенно разный флирт. На льду ты работаешь над этим.

А: Ты в это вживаешься, играешь роль. Да, мы должны быть актерами, сделать так, чтобы нам поверили, но мы от этого кайфуем, нам это нравится, мы это выбрали. Если бы людям с улицы, случайным прохожим сказали — сыграйте любовь, конечно, им бы было тяжело и неловко. Да у актеров в театре бывают сцены, когда им неловко. Я смотрела много интервью, в которых настоящие профессионалы рассказывали, как им неловко. Но когда они делают это на сцене, мы им верим. Вот и у нас абсолютно те же задачи.

— Работаете со специалистами по актерскому мастерству?

А: Сейчас уже нет. Работаем с хореографами, тренерами. Да и выросли мы уже, достаточно взрослые спортсмены. Хотя я могу, конечно, иногда спросить, с каким подтекстом надо сделать то или иное движение. И (хореограф) Самарская Алена Игоревна объясняет.

И: Мы уже знаем, как это сделать. Просто иногда нам нужно объяснить, где недостаточно, где перебор.

— Подростком я застал выступления вашего, Иван, отца, Андрея Букина с Натальей Бестемьяновой. Помню, тогда очень многие были уверены, что они пара в жизни — хотя на самом деле они были счастливы в своих семьях.

А: У нас то же самое. Нам часто задают вопросы, пара ли мы в жизни. И это на самом деле очень приятно, потому что это показывает, что мы выполняем свою работу качественно, и люди нам верят. Это очень классно.

— Играя любовь, как исполнять сложные технические элементы — на полном автомате?

А: Я не могу сказать, что это полный автомат. Есть какие-то вещи, которые выполняются на подсознательном уровне, но у нас стоит задача показать полную картину. И перед элементом мы не можем подумать: так, собрались, выполняем с каменным лицом, без эмоций, без рук. Элемент все равно должен быть в программе, не должен из нее выбиваться. По новым правилам нам убрали одну дорожку шагов, мы сделали более танцевальную программу, и она смотрится, как нам кажется, очень гармонично. Единственное, где мы не можем показать какие-то эмоции — это твиззлы, когда идет постоянное вращение, ты держишь крутку. Но в переходах между позициями ты все равно выходишь с мыслью, что тебе нужно что-то показать и донести.

— Но твиззлы зато у вас фирменные — пистолетиком. Эта «фишка» будет всегда?

А: Всегда или нет, не знаю, но это нам нравится, это необычно, и публика принимает их очень здорово. Иногда такое впечатление, что этого прямо ждут. Например, в произвольной программе эти твиззлы у нас стоят в конце, но как хорео-элемент. И я прямо услышала овации, когда мы их исполнили. Но главное — делать их четко, на тот уровень, который требуется, в правильной позиции. Несмотря на всю сложность этих твиззлов, мы не имеем права делать их непараллельно. К нам никто не будет относиться снисходительно только потому, что мы делаем этот сверхклассный элемент.

— С этим же у вас как раз были проблемы в первый сезон твиззлов «пистолетиком».

И: Да проблемы продолжаются, иногда выскакивают какие-то моменты. Но мы стараемся быстро их решать.

А: Чтобы не было за нами «хвоста», и мы знали, что все с ними в порядке. Расслабляться нельзя.

«Расположение судей заслуживают годами»

— Достаточно долго длился период, когда вам в микст-зоне задавали вопрос «почему такие низкие оценки?», на который и вы, и ваши тренеры были вынуждены отвечать, что не поняли этого. Есть чувство облегчения от того, что этот период, кажется, закончился?

А: Ну в коротком танце мы и сейчас, например, недобрали, можно задать вопрос — «а почему?»

И: Судьи всегда видят какие-то ошибки. Если есть недобор, значит, недоработали, недокатали.

А: И к тому же расположение судей надо заслужить, и этот процесс идет годами. Никто не робот, кому-то нравится, кому-то не нравится. Надо доказывать свою состоятельность, показывать себя. У нас же в танцах нет такого — прыгнул четверной, и всем все понятно. В легкой атлетике прыгнул дальше всех — и не докопаешься. А здесь надо доказывать. Субъективный момент действительно есть. Кто-то доказывает, у кого-то не получается.

— У вас был период, когда вы были готовы сдаться?

А: Нет, и даже сами себе мы никогда не говорили: «да ну его нафиг». Действительно, есть спортсмены, которые рассказывают про моменты, когда они хотели закончить. Но у нас таких мыслей в голове никогда не было.

— Многие фигуристы говорят — хотим стать тренерами, но никто на моей памяти не выражал желание стать судьей. Вы бы не хотели?

И: Нет. Это очень тяжело и очень ответственно — решать судьбы людей.

А: Думаю, что нет. Карма твоя портится (смеется). Это реально очень тяжело — делать выбор, кто лучше. Даже мы когда смотрим фигурное катание, думаем иногда: ну вот классные ребята, но другие впереди. Наверняка и у судей бывает такое — нравится одна пара, а другие лучше. Тяжело.

— Вы взрослеете, и наверняка появляются мысли — а что дальше, когда мечты в спорте сбудутся? Есть такое?

А: Думаю, что отвечу за себя и за Ваню. Мы часто бываем на шоу у Ильи Авербуха. Когда приходишь, окунаешься в эту атмосферу, видишь полные залы, то понимаешь, что этих чемпионов знают все. Они великие. И тогда хочется самому стать чемпионом не на один раз, а такими, как они. Я очень люблю ходить на его шоу, на одних и тех же спектаклях бываю по несколько раз, и нам очень хотелось бы там выступать.

И: Мы своего рода наркоманы. Когда публика нас горячо принимает и поддерживает, это так здорово, что ты понимаешь — все эти часы, дни и годы ты провел на льду не зря.

А: С каждым новым стартом нам пишут все больше людей. Постоянно прибавляется число подписчиков в соцсетях. Раньше я старалась отвечать каждому, но сейчас сделать это просто нереально. Поэтому просто хочется сказать спасибо огромное, это очень приятно и для нас важно. Хочется радовать, никого не подводить и показывать себя.

rsport.ria.ru

Загрузка...

Поиск
Загрузка...