Алексей Рогонов: парное катание гораздо опаснее, чем езда на мотоцикле

На недавнем чемпионате России в Санкт-Петербурге Кристина Астахова и Алексей Рогонов заняли четвертое место и вновь, как и в трех предыдущих совместных сезонах, остались за бортом команды для участия в главных турнирах. Корреспондент агентства «Р-Спорт» Андрей Симоненко поговорил с Рогоновым как о причинах нынешней неудачи, так и об итогах четырехлетия и планах на будущее, а еще обсудил его увлечение мотоциклами.

«Нам надо не чуть-чуть, а быть на голову выше»

— Алексей, четвертый сезон подряд вы с Кристиной на чемпионате России – четвертые. Если проводить аналогию с легкой атлетикой, то в Санкт-Петербурге вы были близки к тому, чтобы преодолеть планку и попасть в команду для участия в чемпионате Европы и Олимпиаде, но вам чуть-чуть не хватило.

— Нашей паре нужно не чуть-чуть, чтобы побеждать, а быть на голову выше. Нужно показывать только чистые прокаты, а мы, к сожалению, катались с ошибками. Когда же мы ошибаемся, нам очень сложно конкурировать с основным составом сборной. Готовы мы взять планку действительно были, но, к сожалению, не реализовали возможность.

— По сезону ведь неплохо шли – две бронзы на этапах Гран-при.

— Чистая короткая программа у нас была раза три в этом сезоне. Наконец-то мы добились того, что нам практически всегда ставят максимальные, четвертые уровни за элементы. Единственное, дорожка шагов на чемпионате России получилась третьего уровня, шаг какой-то, видимо, «вылетел». В общем, нужно справиться с прыжками и выбросами, чтобы не было к чему подкопаться.

— Анализировали, в чем причина? Может, нервы захлестывают, может, к себе претензии какие-нибудь есть?

— Да сложно сказать, в чем причины неудач на стартах. Ошибаются на стартах все – и чемпионы тоже падают.

— С чемпионами понятно, но сейчас-то речь о вас…

— Есть определенные технические нюансы, недоработки. Например, по выбросам. Но вообще мы делали их и в нашем первом совместном сезоне. На тренировках вообще всегда делаем. Но нужно исполнить их в конкретный необходимый момент. Это вообще ко всему спорту относится – что надо переносить то, что ты умеешь делать на тренировках, в соревнования. Видимо, надо еще больше работать, еще больше делать прокатов, создавать искусственно соревновательные условия, дополнительный стресс вызывать укороченными разминками. Будем все это еще с тренером обсуждать, как можно наработать умение справляться с мандражом. Хотя я не могу сказать, что он нас тут как-то охватил. Мы были готовы показывать на старте то, на что способны.

— Вы друг с другом общаетесь перед тем, как выйти на лед?

— Тренер с нами общается. У него индивидуальный подход отдельно к Кристине, отдельно ко мне.

«Мы с командой справимся с трудностями»

— Вы вставали в пару три с половиной года назад, в начале олимпийского цикла. Ставили ли тогда задачу побороться за попадание на Олимпиаду?

— Конечно, все ставят максимальные задачи. И мы не исключение.

— Может быть, что-то помешало по дороге?

— Серьезных травм, тьфу-тьфу, не было. Только в этом году, к сожалению, за два дня до отпуска Кристина подвернула ногу. Получила травму и долго не делала ни прыжков, ни выбросов. Только в середине июля полноценно начали тренироваться. Но такие проблемы есть у каждой пары. Любой тренировочный процесс состоит не только из того, что «все хорошо». Есть и нервы, и шероховатости.

— Разочарование все же сильное от того, что не попали в команду?

— Сейчас уже ничего не сделаешь, программы не перекатаешь. Была попытка – мы ее не использовали. Придется довольствоваться запасным местом. Расслабляться нельзя – случиться может всякое. Надо быть готовыми подстраховать лидеров, тем более что такое уже случалось. Мы в качестве запасных ездили и на чемпионат мира, и на чемпионат Европы. Ну а в дальнейшем все-таки надеемся чего-то серьезного добиться.

— Если говорить о позитиве – ваши программы вновь попали в число самых необычных и любимых всеми болельщиками. Поделитесь с болельщиками новыми планами и идеями на будущее?

— Ха, идеи – это самое ценное, ими никто не делится (смеется). Но у нашего постановщика Сергея Комолова, автора всех наших, так сказать, шедевров, идей много. Для нас в закромах его мозга всего что-то есть.

— Сами что-то предлагаете?

— Конечно, у меня тоже идей много. Например, «Мастер и Маргарита» в первом нашем сезоне – моя идея. Я ее хотел реализовать еще, когда катался с предыдущей партнершей, но тренер забраковал Корнелюка. А Артуру Дмитриеву, у которого мы сейчас тренируемся, очень понравилась музыка, и он согласился. Кристине тоже понравилась. Мне кажется, удачная программа была. Может быть, даже она вернется в качестве показательного номера. Пиджак, так скажем, пылится в шкафу.

— А любимая программа какая – «Кукла»?

— Все программы разные, все интересные. «Кукла» действительно всем полюбилась, но мне все-таки больше нравилась программа «Мастер и Маргарита». Музыка там, я считаю, шедевр.

— Я вот «Онегина», просуществовавшего всего несколько месяцев, забыть не могу.

— Не пошел он, к сожалению. Идея была очень интересная, мы приезжали в Питер, работали с Верой Свешниковой, исполнительницей в мюзикле «Евгений Онегин». В музыкальном сопровождении к программе ее голос. Сходили мы и на мюзикл, целую неделю тут пробыли. Жаль, что пришлось отказаться от этой программы.

— Насовсем?

— Посмотрим. Там еще проблема в том, что для Кристины платье неудачное получилось. То есть его, можно сказать, нет. А сюртук мой в шкафу висит. Но вообще, если честно, нас сейчас больше спортивные программы беспокоят. Показательные – так, баловство.

— Неужели о шоу не думаете?

— Когда приглашают, выступаем. Но приглашают не так часто. Все же понимают, что мы заняты в спорте. Но в межсезонье или зимой, в новогодние праздники катаемся.

— Серьезный вопрос: после определенных жизненных отсечек, коим является в том числе и чемпионат России олимпийского сезона, могут возникнуть мысли что-то поменять – себя, тренера…

— Лично у меня всегда есть желание что-то изменить и всегда есть своя позиция. Но Артур у нас очень гибкий человек. Умеет слушать. С ним всегда можно поделиться какими-то мыслями, и ты будешь услышан. В любом случае бороться с трудностями лучше не в одиночку, а сообща. И я думаю, мы с командой справимся. Все будет в порядке.

— После этого сезона будете продолжать карьеру?

— У меня мыслей об уходе нет.

«Хирурга видел, но лично не знаком»

— Тогда перейду к вопросу, который давно хочу задать каждый раз, когда вижу вашу фотографию с мотоциклом. Реально на нем по Москве ездите?

— Конечно. Езжу на нем на тренировки. Без пробок 15 минут – и я на катке. Конечно, езжу аккуратно, под 200 км/ч не разгоняюсь, спокойно в потоке двигаюсь. С юности как мотоциклы «зацепили», так и езжу. С двух колес слезть не получается (смеется).

— Какой у вас сейчас мотоцикл?

— «Кавасаки Элиминатор» 750-кубовый. Старенький, конечно, но мне очень нравится. Не тороплюсь пока менять.

— В гонках участвовали?

— Нет, зачем? Для меня главное не скорость, а сам процесс езды. Лихачить не люблю. Кстати, на горных лыжах не катаюсь, потому что, когда разгоняюсь, страшно становится.

— Кристину не подвозили на тренировку?

— Да подвозил, конечно, и не только на тренировку. Как-то опаздывали на примерку, надо было через всю Москву ехать, и мотоцикл очень выручил.

— Кристина, не страшно с Алексеем ездить? – спрашиваю стоящую рядом партнершу Рогонова.

— Нет, совсем, – отвечает она. – Я с папой раньше много ездила, так что и к машине, и к мотоциклу спокойно отношусь.

— А потом, мы же «парники», – добавляет партнер. – Каждый день на льду рискуем. Это гораздо опасней, чем езда на мотоцикле.

— Байкерская тусовка вам не чужда?

— Друзей много из байкеров. Именно такие, каковыми их представляют – суровые бородачи. Но на самом деле, это хорошие, добрые, отзывчивые люди. Однажды сломался мой мотоцикл, и незнакомый парень-байкер полтора часа с ним возился. Автомобилисты так друг другу не помогают.

— С Хирургом знакомы?

— Часто его вижу, но лично не знаком.

— Значит, знакомство впереди.

— Может быть. Но пока мы покатаемся.

Загрузка...

Поиск
Загрузка...