Елена Радионова: на льду люблю рассказывать историю

В конце прошлой недели 14-летняя россиянка Елена Радионова стала чемпионкой мира среди юниоров. До этого на протяжении сезона она победила во всех турнирах, в которых приняла участие — кроме взрослого чемпионата России, где завоевала серебро. Но это интервью — с фигуристкой, которая катается не для того, чтобы выигрывать. Вот такой интересный парадокс.

— Лена, вы только что стали чемпионкой мира среди юниоров. Есть ощущение сбывшейся мечты — или это просто очередной этап в карьере?

— Честно говоря, пока еще не осознаю, что я такое сотворила (улыбается). Но вообще проснулась на следующее утро после победы с хорошим настроением. Все-таки я чемпионка мира. Пусть по юниорам, пусть это маленький чемпионат мира — но все равно звучит!

— Получается, этот турнир все-таки стоял особняком в вашем календаре?

— Конечно, это был основной старт в моем сезоне. Очень многое здесь для меня решалось — в плане моего будущего.

— По эмоциям ни с чем чемпионат мира не сравнить?

— Ни с чем. Это был самый эмоциональный турнир в жизни. А когда исполняла произвольную программу, то, можно сказать, «прожила» ее. И образы показала — там сначала я танцующая птица, а потом я попадаю в бурю, у меня ломается крылышко, потом все заживает и становится хорошо. Когда звучали тревожные, волнующие ноты в музыке, я их по-особому услышала, через себя пропустила. В первой части программы я еще думала о прыжках, а потом меня эмоции полностью захлестнули. Прыжки сами собой уже получались.

— Способности «жить» программой пришлось учиться — или она у вас от природы?

— Я уже маленькая все чувствовала. Все принимала близко к сердцу. Я не только на льду, но и в жизни чувствительная. Сильно переживаю, если что-то не получается — или, наоборот, бурно радуюсь, когда все получается. Вся моя жизнь — это постоянные эмоции.

— Многие фигуристы говорят, что эмоции на льду мешают им концентрироваться на элементах, что совмещать эти две стороны катания практически невозможно.

— Мне чуть легче, потому что я с детства такая. Кому-то приходится зацикливаться на том, чтобы во время катания показывать эмоции. А у меня как только тело слышит музыку, я сразу же начинаю танцевать. Сложные прыжки же, и каскад «3-3», я исполняю уже третий сезон. Мне уже не надо что-то учить. Просто поддерживать их в нужной форме.

Лекарство от косолапости

— Что вам больше всего нравится в фигурном катании?

— Мне нравится красиво скользить… Прыжки тоже делать нравится, без прыжков, мне кажется, было бы скучно. Интересные вращения делать нравится. Вообще все элементы в фигурном катании нужные, я так считаю.

— Многим еще, знаю, нравится выступать в ярких костюмах…

— Конечно, я тоже это все люблю — когда публика на меня смотрит. И мне очень нравится мой костюм в произвольной программе в этом году. Давно такой хотела, у нас картинки были. Ткани, когда его шили, оставались последние куски — это, считаю, такой знак, что это наше должно было быть. Как раз всего хватило как надо.

— В детстве на каток родители привели — или сами попросились?

— Мне кажется, в таком возрасте, в каком была я, когда начала заниматься фигурным катанием, дети ничего не просят. Им скажут — хочешь кататься? А они отвечают — конечно, хочу. Меня папа отвел в фигурное катание. Я была косолапая такая девочка, и мне решили это исправить — по льду же косолапой не поедешь, ноги надо прямо ставить. Так что-то и завязалось… Свои первые соревнования я выиграла, мне было лет пять. Так ярко помню этот старт, а грамота стоит у меня в рамочке на видном месте. Первая моя грамота с медалью. Я помню, что вообще не волновалась, когда каталась на том турнире. А родители — волновались. У нас мое выступление есть записанное на кассете, и там, когда я катаю, мама снимает на камеру и так переживает… Потом, когда я все чисто исполнила, у нее такой восторг! Дальше же было смешно: я закончила кататься, исполнила поклон, подъезжаю к бортику — и прямо у него падаю. Хочу встать на резиновую дорожку и падаю. Вот такое получилось начало (смеется).

— Понравилось сразу кататься?

— Поначалу просто ходила на тренировки, как в школу. Потому что так надо. А последние пару сезонов начала осознавать, что у меня получается, что я могу многого добиться. Сейчас я понимаю, что безо льда не могу. Он меня даже иногда лечит. Если вдруг плохо себя чувствую, выхожу на лед — и сразу все проходит. Отвлекаюсь на катание — и ничего больше не болит. Конечно, у меня редко что-то болит, слава богу, но бывают такие состояния. Когда не хочется ничего, лень. На тренировке первые минутки надо себя заставить начать заниматься — а потом все, расходишься, и все здорово.

— Значит, тренировки для вас удовольствие?

— Ну бывает, конечно, когда что-то не получается, то не в удовольствие. Но в целом — да. Особенно, конечно, когда все выходит как надо. Тогда все вообще замечательно.

Просто красиво кататься скучно

— Соревнований ждете с нетерпением или с тревогой?

— Знаете, по-разному. Вот здесь, например, на чемпионате мира я очень сильно волновалась перед короткой программой. Не знаю почему. Бывает, перед произвольной волнуешься — а тут наоборот. Перед произвольной же я была абсолютно спокойна. Хотя передо мной стояла задача показать все, что я могу — чтобы подняться наверх с пятого места. Казалось бы, надо было понервничать. На Финале Гран-при я не волновалась вообще — ни в короткой, ни в произвольной. Может быть, конечно, потому что мало участников было — всего шесть человек. Здесь была возможность улететь на четырнадцатое, допустим, место — а там все в одной разминке.

— Впервые появилось такое ощущение сильного нервного напряжения?

— Нет, конечно. Маленькая была — волновалась часто и много. А сейчас уже меньше. Стала поспокойнее — увереннее в себе. Да и программы я уже много катаю эти. Мы их, конечно, немного усложнили, но не настолько, чтобы бояться. Ну и взрослею, наверное.

— Есть какие-нибудь особенные приемы справиться с волнением? Подумать о чем-то хорошем, например?

— Нет, я ни о чем особенно не думаю — я просто себя отвлекаю. Допустим, когда разминаюсь, начинаю следить за ногами-руками, чтобы отбросить какие-нибудь лишние мысли. Меня и тренер Инна Германовна (Гончаренко) останавливает, когда видит, что я начинаю дергаться — то есть, волнуюсь — и она говорит: акцентируй внимание на ногах и руках. Так и успокаиваюсь. Вот на короткую программу здесь, наверное, дерганая слишком как раз вышла. Заход на флип изменила — спрямила его. И поэтому, наверное, ошиблась тоже.

— Под какую музыку вам больше нравится кататься?

— В принципе, все равно. И медленную музыку хорошо чувствую, но могу показать эмоции и в латине, танго — ну не все разновидности, конечно, «бомбой» я быть не смогу (смеется). Восточные танцы не очень люблю, честно говоря. А вот вальсы, классику — это мое.

— Что-то новое нравится пробовать?

— Нравится. Вот моя нынешняя произвольная — я никогда под такую музыку не танцевала. Она не просто медленная — она такая волнующая… Потом, я люблю свою программу «Пятый элемент» — там я такое космическое существо, которое прибыло на Землю. Оно сначала всего боится, а потом всех побеждает. То есть в каждой программе у меня новый образ, на старом никогда не зацикливаемся.

— Как легче кататься — когда есть идея, когда знаешь, кто ты и что — или просто делать абстрактные движения под музыку?

— Конечно, с идеей. Мне произвольную программу ставил Илья Авербух, мы с ним много разговаривали про мой образ. Мне кажется, на льду надо не просто кататься, а рассказывать историю. Так и смотреть будет интереснее. Просто красиво кататься немного скучно. Поэтому я всегда катаюсь с идеей.

Хочу пойти на курсы разговорной речи

— В жизни хватает еще на что-то времени, кроме фигурного катания?

— Ну как… фигурное катание — это с восьми до четырех. Не все время, конечно, я на льду — там есть и перерывы на отдых, и ОФП, растяжки, хореография. Вечером учителя ко мне приходят, уроки делаю. Ну и собака у меня есть. Йоркширский терьер. Утром мама с ним гуляет, а по вечерам — я. Очень добрый он, всех любит, всем радуется.

— Трудно совмещать спорт с учебой?

— С каждым годом все труднее. Пока справляюсь как-то. Не могу, конечно, сказать, что я все прямо знаю, но основное, что надо — все учу. Русский язык легко дается, биология интересна.

— Попробую предположить — человек, который так хорошо рассказывает, наверняка много читает.

— Нет, как раз читаю, к сожалению, не очень много. Поговорить люблю (смеется). Но мне, на самом деле, не очень нравится, как я излагаю свои мысли. Вставляю словечки «ну», «это»… Но я пытаюсь. Даже хочу на курсы походить, чтобы правильно научиться разговаривать.

— О чем теперь мечтаете, выиграв чемпионат мира среди юниоров?

— Я хотела бы на взрослый Гран-при попасть. По возрасту я пока не прохожу, но как чемпионку мира среди юниоров меня могут в следующем сезоне на Гран-при допустить. Очень хочу, чтобы разрешили.

— А про Олимпийские игры не думаете?

— Пока нет. То есть, конечно, я хочу когда-нибудь их выиграть. Да даже просто принять участие в Олимпиаде — это дорогого стоит. У нас ведь очень большая конкуренция — как и в Америке, Канаде, Японии… Ну а если получится стать олимпийской чемпионкой — это было бы просто замечательно.

— Последний вопрос такой: вы катаетесь ради того, чтобы выигрывать?

— Нет. Я катаюсь для людей. Для меня главное — не оценки судей, а чтобы публике нравилось. А если мое катание нравится людям — то оно нравится и мне.

rsport.ru

Загрузка...

Поиск
Загрузка...