«Я, скорее, безумный дядя, нежели папочка». Новый хореограф Медведевой – кто он?

Евгения Медведева на контрольных прокатах сборной России впервые показала программы, воплощенные в жизнь под руководством канадского хореографа Дэвида Уилсона. Любители и специалисты отметили прогресс в катании и совершенно новые образы, например, джазовую «короткую».

Japan Times в колонке Ice Time познакомил читателей ближе с фигурой Уилсона. Сейчас этому скромному канадскому специалисту 52 года, его детство и юность были наполнены фигурным катанием, но успехов в спорте Уилсон не достиг.

«Я был никем, — честно признался он. – Даже не смог дорасти до уровня национального чемпионата. Мне не хватало физики. Даже тройных прыжков в моем арсенале не было, только двойные».

Но это не помешало Уилсону попасть в коллектив Ice Capades – популярное развлекательное шоу, представляющее из себя театр на льду. Пять лет он провел в турах по Северной Америке. Однажды в Нью-Йорке Уилсон встретил своего кумира – олимпийского чемпиона-1976 британца Джона Карри. Он был потрясен.

«У меня была книга с фотографиями Карри, – рассказал Уилсон. – Я тратил часы на то, чтобы повторить все его движения. Джон был невероятный, эстетичный. Он казался мне балеруном на льду».

Карри действительно поднял мужское фигурное катание на новый уровень выразительности. Он подчеркивал мужскую эстетику в этом виде спорта и был невероятно харизматичным. Но креатив – не все, чем должен обладать хороший хореограф.

«Нам, хореографам, нужно быть креативными, выражая эмоции языком тела, – сказал Уилсон. – Но еще необходимо ладить с фигуристами. Найти для конкретного человека самое нужное в идеально подходящее для него время – это очень-очень непросто. Нельзя сделать так, чтобы единственная правильная идея появлялась в твоей голове в какой-то определённый момент. Я знаю хореографов, которые являются блестящими специалистами, но не очень ладят со своими фигуристами. Не уверен, что такой союз может продлиться долго».

На тренерский путь Уилсон встал в 1991-м, покинув Ice Capades, но он всегда больше тянулся к построению форм и содержания, а также искал себя в дизайне. В школе Уилсон делал наброски, изучал визуальное искусство, играл в подростковой музыкальной группе и пел в хоре. Поэтому в тренерской работе больше тянулся к хореографии, где мог в полной мере выразить свою музыкальность и чувство вкуса.

«Хотя о карьере тренера я никогда не мечтал, я всегда понимал, как мне повезло, — отметил Уилсон. – И был очень рад выполнять параллельно работу хореографа. Мне удалось проявить себя на региональном и национальном уровнях в Канаде в этом качестве. И все же быть хореографом мне больше по душе, чем быть тренером. Я больше похож на безумного дядю, нежели на папочку. А тренер должен играть в «плохого полицейского» с детьми и быть готовым к недовольству родителей. Я же слишком восприимчивый для этого. Хорошо, что мне удалось стать хореографом, иначе моя тренерская карьера долго бы не продлилась».

Звездный час пришел к Уилсону в тот момент, когда он начал сотрудничать с Брайаном Орсером. Сейчас их союзу больше 10 лет.

«Мне удалось поработать с большим числом тренеров, но Орсер – невероятный, – отметил Уилсон. – Это большая редкость, когда человеку удается обернуть свой спортивный талант в талант учителя. Мне повезло наблюдать за тем, как Брайан работает не только со звездами, но и с фигуристами не первой величины. С теми, кто годами работает над, допустим, двойным акселем. Орсер не сдается в такой ситуации. Любой другой бывший фигурист, чемпион мира, давно потерял терпение учить, наставлять, давать советы. Но Орсер не сдается. Я бы хотел в свое время заниматься фигурным катанием под руководством такого человека».

Наибольшую известность Уилсону принесло сотрудничество с олимпийской чемпионкой-2010 Юна Ким. Он ставил ей все короткие программы с 2007 года, в том числе знаменитую олимпийскую композицию «Джеймс Бонд».

«Юна появилась в моей жизни в тот момент, когда я немного потерял уверенность в себе, – вспоминал Дэвид. – Тогда я обратился за советом к Себастьяну Бриттену, одному из моих первых по-настоящему успешных учеников. Сказал ему: «Себастьян, я не уверен, стоит ли мне сотрудничать с этой корейской девочкой? Ты никогда не знаешь, вернется ли иностранный фигурист к тебе и что сделает с твоей постановкой в итоге». Себ сказал: «Дэвид, ты обязан с ней работать. Она – это нечто”.

Незадолго до того, чтобы дать согласие, Уилсон позвонил Джеффу Баттлу, с которым Ким работала раньше. Он спросил его мнения по поводу фигуристки. «Юна – не самый счастливый и радостный человек на свете, – резюмировал тот. – Она почти не выражает эмоций».

Уилсон поставил перед собой задачу: заставить Ким улыбаться и наслаждаться фигурным катанием. В этом ему помогло то, что Юна сняла зубные брекеты. «Ничего не может заставить девушку улыбаться больше, чем снятие брекетов», – считает Уилсон. Четыре года совместной работы в Торонто он считает волшебными. Пережить отъезд Ким и их разлад с Орсером ему удалось с трудом.

Спустя два года у Орсера появился новый звездный ученик – Юдзуру Ханю.

«Ханю – настоящий самурай и ниндзя, его харизмы хватит на 10 человек», — отметил Уилсон. За год до Олимпиады в Сочи Ханю написал хореографу проникновенное письмо:  «Не хочу ждать до следующей Олимпиады, хочу выиграть эту. Для этого я готов сделать все, что угодно, помогите мне, пожалуйста».

Уилсон сказал, что находится под впечатлением от скорости, с которой Ханю разучивает хореографию. «Однажды мы готовили номер для шоу Fantasy on Ice. Я прилетел на один день, мы работали над хореографией 4,5 часа, а на следующий день еще полтора. И на этом все. Все его выступления получились невероятными. На одном из шоу я сидел на трибуне позади жены Евгения Плющенко. Она была под огромным впечатлением от проката, я это видел».

Уилсон считает, что работа хореографа не всегда оценивается по достоинству. И дело здесь не только в деньгах.

«Чаще всего у нас есть фиксированная ставка в зависимости от уровня спортсмена и вида работы – короткая программа, произвольная или постановка для шоу, – объяснил Уилсон. – Фигуристы мирового уровня не платят из своего кармана, за все расплачивается федерация. В финансовых вопросах я не так хорош, потому что у меня артистичная натура».

Уилсон считает, что на фоне тренеров хореографы немного «задвигаются» федерациями. К ним относятся без должного уважения, хотя спрос за провалы с хореографов не меньший.

«Сейчас в мире есть известные русские, французские, американские и японские хореографы, – отметил он. – Нам всем необходимо объединяться и использовать свои голоса для выражения общей позиции». Евгения Медведева – новый невероятный ученик Уилсона, приезда которой в Канаду никто не ожидал.

«Евгения принимала участие в шоу Хавьера Фернандеса пару лет назад, – вспомнил он. – Она произвела на меня приятное впечатление взрослой и очень милой девушки. Она прекрасно концентрируется на работе. Думаю, наше сотрудничество будет великолепным».

Не меньше Уилсон восхищен возможностью иметь в своей группе лучших фигуриста и фигуристку современности.

«Совместные тренировки Ханю и Фернандеса в течение последних лет проходили хорошо, но всегда в дело вмешивался факт победы одного и поражения другого. Теперь иметь наряду с Ханю в нашей группе еще и Медведеву — идеально. Они не соревнуются, поэтому служат вдохновением другу другу. Женя и Юзуру оба – тигры, которые уважают друг друга».

Тренер Дуглас Хау, друг Орсера, накануне рассказал, что россиянка заплакала от возможности впервые в жизни самостоятельно выбрать музыкальную композицию для своих выступлений. Если поверить ему на слово, то сомнений, что союз Медведевой и Уилсона сложился, нет. Этот факт подтверждает и приезд канадца на контрольные прокаты в Москву, и, в конце концов, его страница в Instagram, которая пестрит совместными счастливыми фотографиями специалиста и фигуристки.

rsport.ru

Загрузка...

Поиск
Загрузка...