Первая победа финала «Гран-при» была одержана в одиночном катании российским юниором Максимом Ковтуном. Подопечный Елены Буяновой и Татьяны Тарасовой совершенно блистательно справился с абсолютно «взрослой» программой. Своего главного соперника американца Джошуа Фарриса Ковтун опередил в произвольной программе почти на тринадцать баллов.

— Я безумно счастлив, — сказал чемпион, выйдя к журналистам. — Еще, правда, до конца не понял, что произошло. Когда находишься в соревновательном состоянии, такие вещи, как правило, доходят с опозданием. Вот когда приду в себя… К счастью, Татьяна Анатольевна (Тарасова. – Прим. Е. В.) еще не знает, что за заключительное вращение мне поставили только первый уровень сложности. Но очень рад. Просто очень. Мы долго шли к этому и много работали.

— Как считаете, уже могли бы на равных соревноваться со взрослыми соперниками?

— Вообще юниорская программа, конечно же, попроще. Я веду подготовку к своей основной спортивной жизни на взрослой арене, но до того, как ее начну, остался еще один юниорский старт – первенство мира. Если там выступлю отлично, можно будет со спокойной душой «поступать» во взрослые.

— А как же декабрьский чемпионат России, который пройдет здесь же, в Сочи? Там вы собираетесь кататься?

— Конечно.

— А если сумеете отобраться в команду?

— Значит, буду готовиться к взрослому чемпионату Европы.

— Психологически вы готовы к этому?

— Думаю, да. Хотя, как уже сказал, «взрослая» программа должна быть значительно более сложной. Надо включать в нее не один, а два четверных прыжка. В тренировках я делаю их стабильно. Но второй прыжок в программе означает, что на месте медленной части, где сейчас я отдыхаю, будет стоять дорожка шагов. То есть отдыха уже не получится. Сейчас все-таки есть некое разделение: сначала у меня идет все самое сложное, потом – остальное. Как получится справляться, когда сложной станет вся программа, я пока не знаю.

— Катать «взрослую» программу на тренировках вы пробовали?

— Только частями. Пробовали делать ту же самую постановку, что сейчас, но с четверным прыжком в той части, где у меня идет каскад аксель-тулуп. Много чего пробовали, словом.

— А короткую программу с четверным прыжком вы исполнять пробовали?

— Это для меня даже легче, чем юниорский вариант. Сейчас я прыгаю в каскаде тройной лутц-тройной тулуп и чувствую себя, честно говоря, гораздо менее уверенно, чем когда исполняю каскад 4+3. Это как лотерея: прыгаешь и понимаешь, что полностью не контролируешь свои действия. Неприятно кататься, когда в голове постоянно сидит мысль о том, что можешь упасть.

— Запас сил вы в себе чувствуете?

— Да. Вот вернемся в Москву – сразу начну и больше бегать кроссы, и больше тренироваться на льду. В принципе, я совершенно нормально отношусь к тому, что в какие-то периоды вся моя жизнь сводится к маршруту гостиница — каток и обратно.

— В день финала вы пропустили утреннюю тренировку. Была причина?

— Я просто не в состоянии катать программу так рано. Поэтому мы и посчитали, что бесполезно идти на каток. В лучшем случае я проснулся бы к самому концу тренировки. Вместо этого я как следует выспался, хорошенько размялся – гораздо активнее, чем перед короткой программой – и чувствовал после этой разминки, что полностью готов к выступлению. Вот и откатался хорошо.

— Со стороны казалось, что к концу программы вы начали «умирать».

— Было реально тяжело, но не потому, что мне не хватает физической подготовки. Просто в Сочи на льду очень жарко. А в ЦСКА, где я постоянно тренируюсь, очень холодно. Вот я и привык кататься в таких условиях на холодном льду. В короткой программе было не так сложно, а в произвольной, которая гораздо длиннее по времени, стал просто задыхаться от жары.

— Что случилось с заключительным вращением?

— Трудно сказать. Наверное, не совсем правильно выдержал позицию – высоковато «сидел». По этой причине вращение вполне могли не засчитать.

— Как-то по-особенному вы себя перед произвольной программой настраивали?

— Если честно, в глубине души был уверен, что откатаюсь хорошо. Был спокоен: гораздо сильнее пришлось понервничать перед короткой программой. Вот там было реально трудно. Почему-то в произвольной у меня никогда не возникает ощущения слабости в ногах. В короткой же ноги реально тряслись.

— Своими оценками вы довольны?

— Да. Хотелось бы, конечно, получать более высокие баллы за компоненты, но над этим нужно просто работать. Мне и самому, когда я смотрю собственные видеозаписи, пока не очень нравится, как я катаюсь, – если сравнивать с тем, как катается элита. Но со временем, думаю, это придет.

— В спорте бывают разные виды мотивации. В вашей присутствует мысль о том, чтобы доказать что-то бывшим тренерам?

— Давайте оставим этот вопрос без комментариев.

— А что вам сказала после проката Тарасова?

— «Спасибо!»

sport-express.ru