Мария Сотскова: «ЕГЭ сдавала с температурой 39»

Фигуристка Мария Сотскова – об Олимпиаде и чемпионате мира, новых программах и задачах на сезон.

— Маша, все спортсмены говорят, что Олимпиада – это самый сложный старт в карьере спортсмена. Долго отходила от Пхенчхана?
— После Олимпиады я все забыла. Вернулась домой, сразу начала готовиться к чемпионату мира. Ничего нового мы не изобретали, так же работали. Просто психологически я пыталась перестроиться. Настроить себя, чтобы чувствовать более уверенно на льду, потому что после Олимпийских игр уверенность немножечко ушла. Короткая программа там не получилась, от произвольной у меня осталось смазанное впечатление. Не было четкого понимания того, что сделала все, что могла. Поэтому к чемпионату мира в эмоциональном плане готовилась немного по-другому.
А после чемпионата мира очень сильно заболела. Лежала где-то неделю с температурой под 40. Слава Богу, что заболела не в Италии.
— Стресс сказался.
— Да, думаю, что так. Я после произвольной очень сильно расстроилась. И вместе с накопившейся усталостью и напряжением все это сыграло свою роль. Иммунитет ослаб. А мне надо было ЕГЭ в школе сдавать. Думала: вернусь с чемпионата мира и буду усердно готовиться к экзаменам. Но заболела, хотя все равно пыталась заниматься, насколько хватало сил. Первый экзамен писала с температурой 39. Шла на математику просто никакая. Это был единственный случай, когда я пришла на экзамен с карманами, набитыми таблетками, баллончиками для горла, носовыми платками.

— Сдала?
— Да. Все экзамены сдала на «четверки». Сейчас жду вступительных экзаменов, хочу в июле попробовать поступить в ГИТИС. Там еще есть творческий конкурс, но я буду все узнавать ближе к июню. На творческий конкурс надо представить свои работы. Но я прошлым летом ставила программу маленькой девочке, она удачно с ней выступала. Надеюсь, этого будет достаточно.
— Набор на фигуристов в ГИТИС, кажется, проводится не каждый год?
— В этом все и дело. Я хотела поступать в этом году на отделение фигурного катания. Его вела Елена Анатольевна Чайковская. Но она отменила набор. Я об этом узнала лишь после того, как сдала экзамены в школе. А так, как я сразу планировала поступать в ГИТИС, то сдавала математику, русский и литературу, на биологию не делала основной упор.
Когда узнала, что фигуристов не набирают, то, конечно, испытала стресс. Но в ГИТИСе есть отделение, где учат на балетмейстера-хореографа. Попробую туда. Единственное условие, что если поступлю, придется посещать много занятий. Пока еще не знаю, получится ли совмещать учебу со спортивным графиком, потому что в моем случае спортсменам поблажек делать не будут.
— Почему тебе интересно именно это направление?
— Мне интересно все, что связано с творчеством. Я даже думала, что, может быть, попробовать на актерский факультет. Фигурное катание и искусство – это очень близко. И ГИТИС один из ведущих вузов нашей страны. Не знаю, как получится, но хочу попробовать.

Учеба в РГУФКе мне интересна в меньшей степени, потому что пока я не вижу себя в роли тренера. Это очень тяжело, нужно иметь очень много сил, и я не думаю, что сейчас к этому готова, потому что тренировать – это очень большая ответственность.
Но в любом случае я буду продолжать заниматься фигурным катанием еще много лет. Это 100 процентов. Я еще не все показала, не полностью раскрылась, есть куда стремиться.
— Когда вы приступили к постановке новых программ?
— После болезни и экзаменов в школе. Мы начали ставить программы с Петром Чернышевым. Потом я уехала на 5 дней в Австрию отмечать свой день рождения. У меня уже, можно сказать, это стало традицией.
— Почему в Австрию?
— В Вене живут мои самые близкие подруги. Мы раньше жили рядом, дружили, а потом они переехали туда. Видимся мы редко, скучаем. И используем каждую возможность, чтобы встретиться. Когда я выступаю в Европе, то они приезжают на соревнования, поддерживают меня. Я приезжаю к ним, когда есть время. В Вене я была уже 6 раз, три раза мы отмечали там мой день рождения. Мне очень нравится этот город.
— Можешь рассказать о новых программах.
— Одна из них будет в стиле «латина». Я рада, что мне удалось убедить тренеров, чтобы они согласились сделать мне эту программу. Я хотела такую еще в прошлом сезоне, но так как сезон был олимпийский, то мы решили, что не стоит экспериментировать, лучше идти по накатанной.

В этот раз я попыталась настоять, сказала, что все-таки мечтаю о латине. Мы с Петром Чернышевым начали ставить. Елена Германовна (Буянова – прим.) не была до конца уверена, смогу ли я выкатать эту программу, но решили попробовать. Очень высокий темп. Тяжело. Мне придется много работать. Я уже сейчас чувствую, что программа сложная. Должна быть большая физическая подготовка.
— Можно сказать, что эта программа как вызов для тебя самой?
— Да, это на самом деле так. В прошлом, позапрошлом году я катала «классику» и позабыла, что такое латина. У меня была программа в этом стиле только раз – «Black Magic Woman» Карлоса Сантаны. И я настолько любила ту программу, она мне настолько нравилась, что хотелось поскорее перенестись в этот образ. Новая программа зажигательная. Музыка будет помогать. Как бы ни было тяжело, высокий темп, но музыка будет толкать меня вперед.
— Произвольная?
— «Summertime». Ее предложил Петр Чернышев. Елена Германовна любит такую музыку. Мне тоже очень нравится и музыка, и программа. Думаю, что в ней у меня будет совсем другой образ, чем в прошлые годы.
— Какие цели ставишь перед собой?
— Для начала надо наработать программы, чтобы они стали такими, как их видит Петр Чернышев. Почти все прыжковые элементы у меня стоят во второй части, кроме акселя. Хочется выучить каскад с ритбергером, чтобы усложнить программы по максимуму. Но посмотрим. Каждый год хочется что-то усложнить, а потом понимаешь, что нужно чисто стабильно катать программы. А для этого много над «физикой» работать.

— У вас летом будет сбор в Италии, в горах, где можно это делать.
— Да. Но после этого сезона я поняла, что женский организм – это такая сложная штука, за которой надо глаз да глаз. Понятно, что нужен самоконтроль – это первое дело. Но иногда бывает, что сам себе какие-то поблажки даешь, и за это потом расплачиваешься. Любое съеденное пирожное надо отрабатывать. Съел – пошел бегать или в зал, иначе лишний вес будет мешать прыжкам, катанию, ну и общий вид не очень, когда появляются лишние килограммы.
Тяжело. Такой круговорот. Весь сезон надо держать себя в оптимальной форме. Но для меня это стало в какой-то степени спортивным интересом, насколько я могу себя сдерживать. Бывают дни, когда расслабляешься, хочется сладенького съесть. Но когда представишь, сколько за это надо отработать, то 100 раз подумаешь, а насколько это хочется.
— Лучше яблоко вместо пирожного.
— Но и яблоко, как выясняется, калорийное.
— Тогда что взамен?
— Воздух. И вода. (Смеется). Я ем нормально. Овощи, мясо. Какие-то вещи исключаю, какие-то в дозированных количествах. Слежу за собой активно, потому что сама понимаю, лишний вес мешает. У меня был период, когда я начала калории считать. Но поняла, что этого лучше не делать, потому что от этого реально начинаешь с ума сходить. Просто, как я сказала, нужен самоконтроль. Помимо тренировок, когда организм надо держать в тонусе, нужно контролировать еще свое состояние, вес. Это главная сложность переходного периода. Но все это рано или поздно проходит.
— Старты, экзамены, тренировки, сборы, а отпуск?
— Будет. В конце мая поеду в Турцию. Надо немного отвлечься перед серьезной работой.
— Удачи, Маша, и спасибо.

fsrussia.ru

Поиск