Михаил Коляда: Когда-то постоянно тянуло уйти в футбол

Фигурист из Санкт-Петербурга Михаил Коляда стал для широкой публики открытием нынешнего сезона. 20-летний ученик Валентины Чеботаревой завоевал серебро чемпионата России и отобрался на чемпионат Европы. Но на самом деле о талантливом одиночнике из Северной столицы в мире фигурного катания говорили уже давно. Так, лет пять назад знакомые из Питера показали автору этих строк на Коляду со словами «это наш Патрик Чан».

— Честно, не слышал, чтобы меня так называли, — улыбается Михаил, когда я ему рассказываю эту историю. — Но к Патрику Чану отношусь с очень большим уважением. Когда он катается, на него хочется смотреть. У него сейчас сезон не очень идет, но это, я думаю, «отходняк» продолжается после Олимпиады. А так он очень большой молодец.

— Но согласны, что по мастерству скольжения вы действительно выделяетесь среди многих?

— Я пока не отношу себя к мастерам. Вот Чан, да, скользит потрясающе. А я скольжу так… Не очень.

— Если он Марадона, то вы…

— Даже не знаю.

— Что-то типа Аршавина?

— Наверное (смеется).

— Были в фигурном катании люди, на кого хотелось равняться?

— Алексей Ягудин. Женя Плющенко. Но у каждого должен быть свой стиль. Стараюсь быть ни на кого не похожим.

— Почему вы попали не в футбол и не в хоккей, а в фигурное катание?

— Маме фигурное катание нравилось. В пять лет она меня на каток привела. А в футбол я, если честно, постоянно хотел уйти.

— После тренировок мяч в руки — и во двор?

— Да было такое, что и тренировки пропускал. Даже в дворовую команду записался. Но это давно было. Лет семь-восемь назад. Просто был момент, когда не хотелось кататься вообще. Вот и пытался найти альтернативу. Но слава богу, не нашел.

— Почему не хотелось?

— Переломный период. Думаю, у каждого такие есть. Вообще без энтузиазма катался. Тренер что-то говорит, я делаю — но спустя рукава.

«Ногу сломал на твиззле»

— Когда полтора года назад тяжелую травму получили, наверное, тоже завязать хотелось?

— Нет, тут наоборот, был по-другому настроен. Осознавал, что будет тяжело возвращаться — но гнал от себя такие мысли. Знал, что это реально. Многие спортсмены возвращались после очень тяжелых травм и добивались результатов.

— Прочитал, что вы никогда не расскажете, на каком элементе получили травму, а то засмеют.

— Да не, на самом деле, про засмеют я не говорил… Случилось все вот как. Дорожку шагов делал, на твиззле в дырку во льду попал. Ногу свернул, упал и понял, что встать не могу. Висит нога. Подняли, унесли на носилках.

— Ужас какой.

— Стараюсь не вспоминать об этом, да.

— Знаю теннисистку, которая после очень страшной травмы долго боялась выходить на корт.

— У меня, к счастью, быстро все прошло. Первую операцию в августе 2014 года сделали. Сказали, пластину снимем ориентировочно в феврале-марте 2015-го. Ну ладно. Прошел курс реабилитации. Ходить нормально начал, не прихрамывая. На лед уже выходил, скользил, вращался. А потом где-то через два с половиной месяца после операции сделали рентген, врач посмотрел и говорит: не вижу смысла держать пластину. Сделали еще одну операцию, вынули. Еще какое-то время восстанавливался, но уже намного быстрее все пошло.

— И психологического барьера не было?

— Был. Тяжелее всего было его преодолеть. Мысли гуляли: мало ли что… Но мне многие говорили: два раза в одном месте ноги не ломают. Ничего, привык, нормально.

«Перерыв, наверное, должен был произойти»

— На чемпионате мира среди юниоров 2013 года вы обыграли японца Сому Уно. В нынешнем сезоне Сома выступал в финале «Гран-при». Как думаете, если бы не эта травма, вы бы сейчас катались на таком же уровне?

— Сложно сказать. Мне кажется, долгий перерыв у меня должен был произойти. Не тогда, так еще когда-нибудь. Чтобы я морально отдохнул, отпустил все мысли и начал все сначала. Как с группы начальной подготовки. Перекидной прыжок, все одинарные, все двойные.

— В том числе и поэтому к четверному с опозданием подобрались?

— Может быть. Потому что в августе 2014-го я четверной уже делал. И на тренировках, и в прокатах.

— Китаец Цзинь Боян на том юниорском чемпионате мира, в 2013-м, тоже выступал. А сейчас шокирует всех своими четверными. Как у него это получается?

— Не знаю даже, китайцы очень скрытные люди. Вообще по отдельности четверной лутц реально делать, сальхов с тулупом, понятно, тоже. Но вот собирать четыре четверных в произвольной программе… В первую очередь, это морально очень тяжело. Это такой барьер, который нужно преодолеть.

— Еще и уникальная система кровообращения нужна, наверное. Или травы китайские.

— Может быть, и есть что-то такое. У них же медицина очень хорошо развита. Помните, как на Олимпиаде в Турине партнерша (Дань Чжан) с выброса упала? Думал, она не встанет. А врачи чик-чик, и она уже как новая. Докатала программу. Что они сделали с ней?! Кто знает…

— В прыжках чувство полета успеваете ощутить?

— Когда аксель в три с половиной оборота учил, четверной, то очень необычные ощущения были. Вроде бы какие-то доли секунды — но кажется, что долго в воздухе находишься.

— Подумать что-то успеваете, пока летите?

— Стараюсь не думать ни о чем. Меня это сбивает. Надо, чтобы все прыжки были как с конвейера на заводе.

— С психологом работаете?

— Да, разговариваю. Чаще всего перед соревнованиями. Он подсказывает, как настраиваться. Как думать, как не думать. Но в основном, конечно, приходится до всего доходить самому.

«Нигде, кроме Питера, жить не смогу»

— За пять месяцев, что не катались, чем-то занимались?

— Ничем посторонним. Соревнования смотрел, за наших переживал.

— То есть о второй профессии не задумывались?

— Нет. Да и мало слишком времени было для того, чтобы ее освоить.

— Максим Ковтун недавно сказал: я не такой фанат фигурного катания, чтобы кроме него, в жизни ничего не было.

— Соглашусь с ним. Человек же должен когда-то отдыхать? Тренировки тренировками, но переключаться тоже надо. Люди не машины.

— Вы на что переключаетесь?

— У меня хобби какого-то постоянного нет. Бывает, на бильярде играю или в настольный теннис. Крайне редко — боулинг.

— Жители Сочи, говорят, не купаются в море. Жители Питера, наверное, по той же логике не ходят по музеям?

— Мне кажется, есть такое (смеется). Но вообще мне Питер очень нравится. Причем всем. Какие люди там живут, красота неописуемая. Даже погода дождливая — и то нравится. Наверное, у меня так — где родился, там и сгодился.

— Федор Климов, выросший в Петербурге, только сейчас начинает к Москве привыкать.

— Я, наверное, не смогу в другом месте жить. В Питере у меня семья… И только в Питере есть ощущение дома.

— К «Зениту» особые чувства, как Федор, питаете?

— Нет, я не болельщик. Знаю только названия нескольких команд.

— Странно — в вашем городе болельщиков 90 процентов населения, не меньше.

— Меня часто спрашивают — ну как так? Как же «Зенит», как же хоккейный СКА? Ну вот так… На самом деле, хоккей я еще могу смотреть, потому что понимаю, насколько это тяжело — носиться по льду.

— Один знакомый хоккейный болельщик посмотрел пару выступлений Плющенко и сказал: Илья Ковальчук не хуже катается.

— Да нет, там специфика совершенно другая. Я думаю, хоккеисты на фигурных коньках не смогут так же кататься.

— А вы на хоккейных пробовали?

— Никогда. Но, кстати, хочу в ближайшее время попробовать для общего развития.

— На катке для массового катания с друзьями?

— Нет. У меня шесть дней в неделю лед — хватает. В воскресенье хочется как-то без него обойтись.

«Стремлюсь чисто делать элементы — и добавлять театра»

— Ожидали, что прорыв именно в этом сезоне произойдет?

— Чего-то подобного ожидал. Но то, что именно произошло — выше ожиданий. Пока с ногой лежал, восстанавливался — постоянно представлял себя, как выступаю. Наверное, морально подготовился таким образом.

— Следующая цель — догнать и перегнать Юдзуру Ханю, или что-то более приземленное?

— Надо стремиться. На сегодняшний день Ханю — это некий эталон фигурного катания. Как он прыгает, как вращается… Как собирает элементы в программе. Это реально очень тяжело. Немногие так могут.

— В чемпионате Японии не очень здорово он выступил.

— Ну не каждый раз, значит. Сколько у него было стартов с чистыми прокатами. А перед ними, кстати, в начале сезона на своем первом «Гран-при» неважно выступил.

— Тот же Ковтун рассказывал: для него важно иметь цель. Не просто чисто кататься, а сделать пять четверных в двух программах.

— У меня как раз цель — кататься чисто. Пусть не с пятью, не с шестью четверными. Стремлюсь качественно исполнять все элементы, чтобы это все оценивалось хорошими баллами. И преподносить людям свою программу так, чтобы на нее было интересно смотреть. Чтобы не только у меня глаза горели, но и у судей, и у зрителей. Чисто сделать элементы и добавить немного театра.

— Самому на себя потом интересно смотреть?

— Бывает интересно. Когда смотрю на видео, вспоминаю эмоции, ощущения… Здесь хорошо что-то сделал, здесь плохо.

— Не как зритель?

— Как зритель не получается. Кто-то вращается — считаю обороты, позиции смотрю. Прикидываю, сколько баллов это будет стоить.

— Не расслабиться.

— Только вот танцы когда смотрю — не понимаю, что они там делают, и наслаждаюсь красотой.

www.sovsport.ru

Загрузка...

Поиск
Загрузка...