«Повезло, что мы это видели». Олег Васильев — о выдающемся прокате Юдзуру Ханю

Первый день этапа Гран-при в Нагано ознаменовался мировым рекордом олимпийского чемпиона из Японии Юдзуру Ханю, набравшего самую высокую в истории современного фигурного катания сумму баллов в короткой программе. Но начались соревнования с выступлений спортивных пар, и там российские фигуристы Вера Базарова и Андрей Депутат, ученики Олега Васильева, тоже установили рекорд — только личный.

— Олег Кимович, это действительно был лучший прокат в карьере Веры и Андрея?
— На тренировках я, конечно, видел прокаты лучше. На соревнованиях это, наверное, был наиболее приемлемый прокат, я бы так сказал. Аккуратный, относительно чистый. Те задачи, которые были поставлены, ребята выполнили. Теперь нам надо работать дальше.

— Перед произвольной программой прогнозы давать не принято, но все-таки, как сейчас оцените их состояние и настрой?
— Функциональное состояние нормальное, последние две недели мы работали очень прилично. Техника тоже в норме, осталось только подтянуть психологию. Если они психологически справятся со вторым днем соревнований, то смогут показать то, на что они способны.

— Главное событие дня — мировой рекорд Юдзуру Ханю. Ожидали увидеть такие баллы?
— Когда Ханю откатался, я для себя предположил, что будет 105-107. В этом интервале как раз оценку он и получил. Мы сидели вместе с коллегами, и одна из них сказала: нам просто повезло, что мы находились здесь, в зале, когда Ханю исполнял эту программу. Действительно, это был шедевр: и программа, и элементы, и публика — все сложилось воедино. В этом прокате было все.

— Есть куда улучшать этот результат — ему или кому-то другому?
— Улучшать всегда можно, есть каскады и сложнее, чем делает Ханю. Один из них исполняет китайский фигурист Цзинь Боян — четверной лутц с тройным тулупом, этот каскад стоит дороже. Предела совершенству на сегодняшний момент нет. То есть, может быть, где-то за горизонтом он и есть, но сейчас его не видно. Да и сам Юдзуру катался сегодня замечательно, но допустил маленькую помарку в исполнении четверного сальхова. Так что даже ему можно с таким же набором получать лучшие баллы.

— Цзинь Боян на этих соревнованиях тоже установил своего рода мировой рекорд — по сумме баллов за технику, которую, правда, Ханю вскоре превзошел. Как вы оцените прогресс китайца — в первую очередь, во второй оценке, где он уступает лидерам?
— Вторая оценка — это вопрос времени. Как для судей, которые должны привыкнуть к этому спортсмену и принять его, так и для самого фигуриста. Ему нужно время, чтобы прогрессировать в катании и в других элементах, помимо прыжков. У него есть потенциал улучшить и вращения, и дорожки шагов, и связки между элементами в катании. Думаю, через год-два-три оценки этого спортсмена вырастут, и если он будет так же кататься и не подорвет свое здоровье, мы увидим новые мировые рекорды.

— На данный момент вторая оценка китайца адекватна? Просто, например, за компонент «Базовый уровень скольжения» он получил в Нагано больше баллов, чем некоторые фигуристы, которые хуже прыгают, но катаются лучше. Это не изъян системы?
— Начнем с того, что идеальной системы нет. А с теми баллами, что он получил, я спорить не буду. Судьям виднее, они ближе сидят, лучше видят и лучше обучены. Спорить с ними — это неблагодарное дело. Но я считаю, что та оценка, которую китайцу поставили, вполне адекватна и соответствует тому, что мы видели.

«Как-то в Японии «летал» еще хуже, чем сегодня Аня Погорилая»

— Показалось, что все российские фигуристы, кроме Веры с Андреем, в пятницу были не в своей тарелке. Если срывы Максима Ковтуна еще можно, наверное, оправдать тем, что с ним не приехала заболевшая тренер Елена Буянова, то для остальных, получается, оправдание только одно — акклиматизация?
— Я со своим и тренерским опытом, и опытом катания могу сказать, что очень мало спортсменов выдерживают перелеты в Японию с любой стороны — что с востока, что с запада. Сложно всем. Американцы летят в Японию 14 часов, мы летим 10 часов. Разница во времени у американцев тоже больше. У китайцев здесь свои сложности, связанные с менталитетом. Поэтому говорить о том, что кому-то легче, чем другим, наверное, неправильно. Скажу так: надо кататься адекватно своему состоянию. Чувствуешь себя замечательно — надо кататься на 100 процентов. Чувствуешь себя немножко не в своей тарелке — надо делать какие-то коррекции. Может быть, что-то облегчить в программе, сделать по-максимуму то, что ты можешь на сегодняшний день. Не хочу никого ни ругать, ни хвалить, но трудно всем. Все работают очень тяжело, чтобы порадовать зрителя. И на совести каждого спортсмена его либо хорошее, либо плохое катание. Мы, тренеры, хореографы, врачи, — только помогаем. А спортсмен уже сам доводит дело до конца. Я думаю, что и наши мальчики, и наши девочки могут кататься лучше, хотя, конечно, не мне судить, и у каждого есть свои проблемы и сложности.

— Впечатлением дня со знаком минус стал прокат Анны Погорилой с тремя падениями. На вашей памяти были случаи, когда фигуристы просто на ногах стоять не могли?
— Были. Я помню, как олимпийский чемпион и чемпион мира американец Скотт Хэмилтон прилетел в Москву через океан, не справился с акклиматизацией и падал точно так же, как Аня сегодня. Не мог понять, где он находится. Таких ситуаций было очень много. Я уверен, что у Ани был пик акклиматизации. Вопрос в том, как к этому подходить и как работать со своими телом и головой. Если голова и тело работают как единое целое, то результат может быть максимальным. Если что-то одно не работает, то результат половинчатый. Если не работает ни то, ни другое, результат нулевой. Аня — спортсменка молодая, и очень важно, чтобы те люди, которые ее окружают, смогли ей помочь понять, насколько акклиматизация бывает резкой. Знаю сам, как это сложно, помню, как в 1985 году мы с моей партнершей Еленой Валовой приехали в Японию, вышли на первую тренировку, и там я «летал» еще хуже, чем сегодня Аня. Но, слава богу, нашлись опытные люди, подсказали, что как делать, и на следующий день я был более внимателен, сделал ряд упражнений, привел себя в соответствие с координатами, и мы катались более-менее разумно.

— Шансы побороться за медали у наших ребят еще остаются?
— Шансы есть всегда, лед скользкий для всех — кому-то в плане хорошего скольжения, кому-то в плане падений. Дай бог, чтобы в произвольной программе лед помог нашим ребятам скользить быстро и прыгать высоко.

NHK Trophy
Нагано (Япония)

Мужчины

После короткой программы

1. Юдзуру Ханю (Япония) — 106,33 (мировой рекорд)
2. Цзинь Боян (Китай) — 95,64
3. Такахито Мура (Япония) — 88,29
4. Максим Ковтун (Россия) — 82,27
…6. Константин Меньшов (Россия) — 79,79

Спортивные пары

После короткой программы

1. Меган Дюамель/Эрик Редфорд (Канада) — 71,04
2. Алекса Симека/Крис Книрим (США) — 68,43
3. Юй Сяоюй/Цзинь Ян (Китай) — 67,00
4. Вера Базарова/Андрей Депутат (Россия) — 64,06

Женщины

После короткой программы

1. Сатоко Мияхара (Япония) — 69,53
2. Кортни Хикс (США) — 65,60
3. Эшли Вагнер (США) — 63,71
…7. Алена Леонова (Россия) — 59,63
…9. Мария Артемьева (Россия) — 55,68
…11. Анна Погорилая (Россия) — 47,35

www.sovsport.ru

Загрузка...

Поиск
Загрузка...