Серафима Саханович: «Надо делать свою работу»

Для призера юниорского чемпионата мира и финала Гран-при Серафимы Саханович начало нынешнего сезона получилось непростым. Фигуристка дважды поменяла тренеров, что не могло не отразиться на результатах, ведь смена наставника, как правило, всегда влечет за собой необходимость приноравливаться к новым требованиям, новому тренировочному графику, а для этого требуется время.

На этой неделе Серафима Саханович примет участие в первенстве России в Челябинске. О своих выступлениях в текущем сезоне, смене произвольной программы, феноменальном катании олимпийского чемпиона японца Юдзуру Ханью и задачах, которые спортсменка ставит перед собой, в интервью Серафимы Саханович.

— Сима, на чемпионате России вы заняли 10-е место, как оцениваете свой результат, и насколько важным было участие в этом старте?

— Участие в чемпионате России было очень важно для меня, потому что хотелось показать все, чему я научилась в последнее время. Этот сезон начался не очень хорошо. Если в целом оценивать мои результаты, то это где-то на четверочку, даже на троечку. В прошлом были и гораздо лучшие выступления, но в этом сезоне я ставила перед собой цель – добиться хороших чистых прокатов. Правда, не всегда это получалось, как, например, на чемпионате России. В Екатеринбурге обиднее всего за глупое падение с «дупля» в короткой программе. С произвольной я в принципе неплохо справилась.

— Перед началом сезона многие отмечали вашу произвольную программу, поставленную на музыку Дмитрия Шостаковича и Моцарта. Выбор музыкального сопровождения был довольно необычен, почему вы отказались от этой идеи?

— Начало этого сезона у меня получилось непростым. Вернулась в Петербург, домой, начала работать с прежним тренером Алиной Юрьевной Писаренко, а затем перешла в группу Евгения Владимировича Рукавицына. Все это было достаточно сложно, а тут еще и такая трагическая тема произвольной программы. Мне показалось, что в данный момент это «перебор», поэтому мы и приняли решение поменять программу. Но, возможно, к той, что была поставлена, я еще вернусь. Во всяком случае я бы этого хотела. Когда наступят хорошие времена, поговорю с Евгением Владимировичем, может, он и разрешит попробовать.

— Как быстро поставили новую произвольную программу?

— Довольно-таки быстро. Мы сделали ее с хореографом и тренером нашей группы Валентином Николаевичем Молотовым, взяли музыку «The Man With The Harmonica». Программу я катала дня четыре, после чего мы сразу же поехали на этап Кубка России в Казань. Поскольку новая программа мне понравилась, то получается она неплохо. Я чувствую, это мое, мне подходит.

Понятно, что новый костюм за такой короткий срок сшить не успели, поэтому в Казани я выступала в платье Маши Артемьевой. Новое мне сделали перед чемпионатом России. Все вполне объяснимо.

— Вы уже рассказывали, чем было продиктовано решение вернуться в Питер, а почему не сложилось с Алиной Юрьевной Писаренко?

— На мой взгляд, главной причиной стало то, что за год, который мы не работали вместе, я изменилась, повзрослела и уже иначе представляла отношения тренера и спортсмена. А с Алиной Юрьевной будто снова вернулась к тем детским тренировкам, когда нужно было выполнять все требования тренера, только так и никак по-другому. Например, прыгать надо было не как удобно, а как говорит тренер. Но ведь взрослые спортсмены сами чувствуют уже какие-то моменты. Да и тренироваться одной очень тяжело. У Евгения Владимировича Рукавицына тренировки проводятся иначе, «по-взрослому». Да и в группе много хороших спортсменов, а здоровая конкуренция никому еще не мешала.

— Какие изменения были внесены в короткую программу в сравнении с первоначальным вариантом и почему?

— Мы переставили некоторые элементы. Лутц – тулуп передвинули в первую половину вместо вращения, которое теперь делаю в конце. Почему поменяли расстановку? Потому что сальхов – тулуп – несколько несолидный каскад, и прыгать эти два тройных на чемпионате России даже во второй половине – это как-то не очень. Да и лутц – тулуп у меня лучше и стабильнее получается. Но пока нагружать вторую половину программы не стали. Всему свое время.

— На чемпионате России в момент смены музыки у вас распустились волосы. Это было сделано специально?

— Нет, случайно. Резинка, которая держала волосы, оказалась тонкой и лопнула. Я это почувствовала, но циклиться не стала, потому что когда обращаешь внимание на такие вещи, то можно усугубить ситуацию. Так что почувствовала и поехала дальше.

— Кто-то решил, что это изначальная задумка.

— Да, мне говорили об этом. Идея с резинкой сама по себе неплохая, но как это сделать технически, чтобы еще и дидакшен не получить? На чемпионате России с меня за это балл сняли.

— В прошлом сезоне, когда вы тренировались в Москве, то всерьез конкурировали с вашей подругой Евгенией Медведевой, которая сейчас успешно выступает на взрослом уровне, вы же остались в юниорах. Нет сожаления, мол, что-то сделали не так?

— Обидно немного, что не получается пока выйти на свой прежний уровень, но это же не конец света. Сейчас я за Женей не гонюсь. Женя уже знаменитость, хотя она и не изменилась по большому счету. Но гоняться за всем этим я не вижу смысла. Мне надо делать свою работу и все. Катать программы чисто и завоевывать авторитет, который я немного растеряла, но обязательно со временем верну.

— Главное сейчас, это набраться терпения?

— Именно, хотя это очень сложно. Иногда мне кажется, что сейчас, даже если я катаю программы чисто, то не хватает немного наглости, точнее спортивной злости. Я стала более мягкой, со всеми хорошо общаюсь. Но мне нужно научиться какие-то вещи разграничивать: в жизни быть со всеми в хороших отношениях, а выходить на лед и становиться более жесткой. Это все-таки спорт.

— Кто из спортсменов вас удивил в этом сезоне?

— Юдзуру Ханью. Я в шоке от его катания. Помню, выступала на турнире в Польше, когда Валентин Николаевич Молотов пришел и сказал, что Ханью установил мировой рекорд. И ведь он заработал больше 300 баллов, хотя не все элементы были на плюсы. А когда я увидела его прокаты на финале Гран-при в Барселоне, то мне показалось, что это ангел спустился с небес. Такое классное катание!

— За счет чего он добивается этого?

— Я думаю, что он чувствует себя на льду как рыба в воде. Выходит и ничего и никого не видит перед собой, только он, музыка и его программа. Для него нет соперников, он катается для себя, кайфует от того, что делает, потому и бьет рекорды. Его все любят, он всем нравится, он это чувствует, и ему все нравится. Вот и все. То, что он делает на льду сейчас, для него не работа. Это удовольствие. У него прыжки настолько напрыганы – десять из десяти. Он исполняет элементы на автомате, поэтому получается сглажено, плавно, аккуратно и органично. Это видно. От этого и шаги, и элементы, и вся программа по-другому смотрится. Он словно растворяется в музыке.

Но всего этого Юдзуру добился трудом. Раньше ведь такого у него не было. Но он работал и работал. А в работе, сколько отдашь, столько и возьмешь. И даже если поначалу делаешь, но не все получается, не надо опускать руки, потому что идет процесс накопления. Рано или поздно это принесет плоды. Это как зерно, посаженное в землю, котором прорастает.

— Судя по вашим словам, в Питере психологически комфортнее тренироваться?

— Конечно. Здесь мой дом, семья, друзья… Продолжаю учебу в училище олимпийского резерва, но дистанционно. С репетиторами занимаюсь. Когда нужно, прихожу и сдаю темы.

В психологическом плане в Петербурге мне гораздо комфортнее, чем в Москве. Тут и родители, и бабушка, и сестра, и племянница… Да и жизнь здесь другая. В Москве у меня постоянно было ощущение, что толпа зажала в тисках и несет куда-то. Суеты много. А в Петербурге свободнее дышится, хотя и людей тоже хватает.

— Какие дальнейшие планы?

— В этом сезоне еще много соревнований. Первенство России, финал Кубка страны, другие старты. Да и по ходу сезона нужно работать. Ребро на лутце править. Оно уже лучше, но надо довести до идеального исполнения. Так что нужно работать, ни на кого не смотреть, набраться терпения и не опускать руки.

www.fsrussia.ru

Загрузка...

Поиск
Загрузка...