Сергей Воронов: «Оценил простое правило Джеффри Баттла»

Новые программы к этому сезону призеру чемпионата Европы Сергею Воронову поставил известный канадский фигурист Джеффри Баттл. О специфике работы с новым постановщиком и цели, которую преследовал ученик Этери Тутберидзе, отправившись летом за океан, в интервью Сергея Воронова.

Откуда возникла идея поехать ставить программы к Джеффри Баттлу?

Мысль поработать с Джеффри появилась у меня еще год назад, но тогда не получилось ее осуществить. Однако от идеи я не отказался. Весной на чемпионате мира в Шанхае подошел к своему бывшему тренеру Рафаэлю Владимировичу Арутюняну. Он в свое время работал с Баттлом и обещал помочь. В итоге все сложилось. Спасибо Арутюняну, что помог. Спасибо Баттлу, что не отказал.

Почему именно Джеффри Баттл?

Мне нравилось его катание, его стиль, не похожий на другие. Сразу было видно, что Баттл – талантливый неординарный фигурист и творческий человек с разносторонним видением фигурного катания. Наверное, поэтому все его программы были такими разными. Джеффри всегда менялся, умел быть непохожим, и это меня в нем подкупало. Я по-хорошему завидовал, потому что сам стремился к тому же, но это не всегда удавалось. Может, это мое субъективное мнение, и я очень строго отношусь к себе. Но я ехал к Джеффри, чтобы в новом сезоне в новых программах выглядеть по-новому. У других фигуристов это получилось. Вот и я решил рискнуть.

Чем отличалась работа с Баттлом от того, что было раньше?

Начнем с того, что у Джеффри другой менталитет. Он живет в другой стране. Он более свободен в суждениях, взглядах, что позволяет относиться к каким-то вещам более творчески, находить нестандартные решения. И мне хотелось какие-то моменты прояснить для себя, что-то почерпнуть, перенять, и сейчас, оборачиваясь назад, я уверен, что съездил не напрасно.

Летняя подготовка в этот раз у меня получилась тяжелой. Позже всех, в конце июля, начал ставить программы. Когда приехал к Баттлу, то ровным счетом ничего не выходило. Стыдно признаться, но падал с двойных акселей, когда пытались вкатывать программы. Злился, говорил, что не понимаю, что не так, как это можно сделать? И как-то, глядя на мои страдания, Джеффри объяснил простую вещь. «Каждый день, — сказал он, — каждый раз, неважно, хорошо тебе или плохо, тяжело или легко, но ты должен делать, заставлять себя. No system, no results. Нет системы, нет результатов».

Это правильно. То же самое на каждой тренировке повторяют наши тренеры Этери Георгиевна, Сергей Викторович Дудаков. Правда, у нас формулировки более жесткие: «Делаешь или до свидания». Но сути это не меняет. Или заставляешь себя работать ежедневно, или ездишь на соревнования туристом.

Расскажите, пожалуйста, о новых программах.

Музыку к короткой программе нашли вместе за одну тренировку. Джеффри ставил разные композиции. Вдруг зазвучал «Muse». Мне понравилось сходу. Почувствовал драйв. На этом и остановились.

А для произвольной долго не находили подходящей мелодии. Мне хотелось, чтобы новая программа не повторяла прошлогоднюю. И Джеффри предложил «Однажды в Америке». Поначалу мне показалась, что программа будет немного нудной. Но я понял, что Баттл четко знает, как ее сделать. Он показал наброски, рассказал историю, которую попытаемся донести, и я подумал, что может получиться интересно.

Какую историю он придумал?

Наша история не будет перекликаться с фильмом. Каждый зритель увидит в ней что-то личное, свое. Программа состоит из быстрой и медленной части. Это как разные измерения. Быстрая – реальность. 30-е годы. Америка. Гангстеры. В этой суровой действительности, где риск на каждом шагу, живет герой. Но часто в своих воспоминаниях он переносится в прошлое, когда был счастлив, вспоминает и грустит о тех, кого любил. Это медленная лирическая часть программы.

В нашей сегодняшней жизни с ее суетой и стрессами мы также существуем в двух этих измерениях. Иногда нам хочется убежать от реальности, окунуться в детство, прошлое, воспоминания…

Программы Баттла отличаются четкой и грамотной расстановкой элементов.

Об этом мне говорил Рафаэль Владимирович, да и сам я это видел в программах других спортсменов, которые делал Баттл.

Когда мы начали работать, то Джеффри часто становился на то место, где сидят судьи, смотрел, все ли видно, потому что это очень важный момент. Правильная расстановка элементов по площадке может существенно сказаться на оценке за компоненты. Если Джеффри что-то не нравилось, то он спрашивал: «Ты катаешься для кого? Судьи могут нравиться или не нравиться, но они оценивают твое катание. На соревнованиях ты катаешься для них. И им ты показываешь свои элементы. Они должны их четко видеть».

Ваши тренировки с Баттлом проходили более интенсивно?

Отвечу так: как только я перешел в группу Тутберидзе, то стараюсь выкладываться на всех тренировках по полной. Да, Этери Георгиевна жесткий тренер, но по-другому в большом спорте никак. Она часто говорит, что в воспитательных целях нужно наших спортсменов отправлять за океан, чтобы посмотрели, как там фигуристы тренируются. Тренировка в 6, 8 утра – какая разница. Выспался – не выспался — никого не волнует. Пришел – будь любезен. Нет желания — твои проблемы.

В Канаде, например, час льда стоит 50 долларов, поэтому все стараются выжать из тренировок максимум. Я ездил к Баттлу за свои деньги, поэтому не стал исключением. Наверное, если бы мы сами платили за лед, то реже возникало бы желание чего-то не доделать или отложить на потом.

Свои новые программы вы показали специалистам и судьям на контрольных прокатах юниорской сборной в конце августа. Для чего это было нужно?

Во-первых, мне позже остальных поставили программы. И если судьи приходили на тренировки и смотрели новые программы у других, то я мог показать только набор прыжков. Во-вторых, мне самому хотелось прокатать программу на зрителях, чтобы почувствовать соревновательный адреналин, по которому соскучился. Ведь последний старт был у меня в апреле. Но самое главное, мне кажется, что в какой-то момент своей спортивной карьеры я столько пропустил, что сейчас уже не нужно ничего бояться. Что из того, если программу прокатаешь плохо? Зато появится отправная точка: тогда было так, сейчас иначе.

На прокатах я пообщался со специалистами, услышал их мнение о новых программах, понял, какие есть недочеты и до контрольных прокатов в Сочи четко знал, что нужно делать. В любой профессии самое сложное – это рутинная работа, но без нее не будет ничего. Везение – это не закономерность. No system, no results.

fsrussia.ru

Загрузка...

Поиск
Загрузка...