Тарасова/Морозов: будем бороться за мировое лидерство

Серебряные призеры Олимпийских игр 2018 года в командных соревнованиях по фигурному катанию Евгения Тарасова и Владимир Морозов, работающие с этого сезона с двукратным олимпийским чемпионом Максимом Траньковым, одержали победу в турнире спортивных пар на московском этапе Гран-при и отобрались в Финал, который пройдет 6-9 декабря в Ванкувере, после чего побеседовали с журналистами.

На утренней тренировке в субботу перед произвольной программой Тарасова столкнулась с другим российским фигуристом Александром Коровиным и, упав на лед, ударилась подбородком. Спортсменка была отправлена в больницу, где ей наложили семь швов, но смогла продолжить соревнования.

Для Транькова эта работа больший эксперимент, чем для нас

— Евгения, как вы себя чувствуете?

— ЕТ: Я больше устала от этого вопроса. Сейчас со мной все в порядке, заживет. А то, что это случается уже не в первый раз, то судьба у меня такая.

— Сказывается ли это на прокате?

— ЕТ: Я бы, конечно, не сказала, что травмы помогают кататься, но я не особо о ней думала. Отвлекает, конечно, думаешь, что именно на этом заходе я упала, начинаешь аккуратничать.

— Как вам Максим Траньков в качестве тренера?

— ВМ: Нам нравится, как у нас с Максимом происходит тренировочный процесс и сами соревнования. Это то, что мы хотели и искали, работа у нас получается уже гораздо лучше. Это (этап Гран-при в Москве) уже третий совместный старт в сезоне, есть какие-то наработки в плане того, как выходить на старт, как готовиться к соревнованиям. То есть идем в правильном направлении. От старта к старту добавляем, прибавляем в катании и в оценках. Пока нам все нравится.

— Насколько сотрудничество с Траньковым сложно в плане субординации?

— ЕТ: Проблем с этим не было, Максима мы сами попросили быть нашим тренером. То есть уже знали, как себя с ним вести на тренировке.

— Он занятый человек, учитывая его участие в шоу-проектах. Как вы справляетесь?

— ВМ: Все его остальные занятия идут после наших тренировок, он с нами на каждой тренировке, на разминке, и тренерская деятельность у него, конечно, в приоритете. Просто у нас немного смещен тренировочный график: ближе к первой половине дня заканчиваем уже первую тренировку, а вторая уже после обеда. И вечер у нас свободен, мы восстанавливаемся, занимаемся процедурами, в зале работаем, то есть, безо льда уже. А Максим занимается своими делами.

— Для кого это больший эксперимент — для вас или для Максима?

— ВМ: Я думаю, для Максима. Он никогда не работал тренером. Мы уже опытные спортсмены, знаем, как работать, над чем и сколько, поэтому нам как-то проще перестроиться. Где-то советуемся с Максом и говорим свои желания, ощущения. У нас все сообща.

— Не было ли таких моментов, когда хочется сказать: «Максим, тренер себя так не ведет!»

— ВМ: Нет, он очень профессионально подходит к работе. Нам это очень нравится, некоторые моменты новые для нас.

— Траньков в интервью РИА Новости рассказывал, что Нина Мозер, к группе которой вы по-прежнему причислены, контролирует его во время тренировок и на соревнованиях даже одергивала, когда он начинал кричать вам что-то через весь каток, а не подзывал к борту.

— Нина Михайловна Мозер не контролирует его, они просто советуются. Если у Максима возникают вопросы, он ей позвонит или напишет. Никаких проблем нет.

— Транькова помнят как эмоционального фигуриста. Сейчас создается впечатление, что он абсолютно спокоен. Вот тот прежний Максим вырывается иногда на тренировках?

— ВМ: Нет совсем. Перед нами другая сторона человека. Он рассудительный, спокойный. Пытается прагматично разбираться в проблемах, строит тренировочный процесс очень грамотно. По крайней мере, старается, опять же советуясь с Ниной Михайловной. И всегда прошедшую неделю тренировки записывает, анализирует дома, полный контроль нашей подготовки проводит.

— А бывает так, что он сам выходит на лед и показывает элементы сам?

— ВМ: Конечно, он на коньках. Если что-то не получается или когда мы ищем новый элемент, он сам пробует. Ему пока проще самому сделать иногда, чем объяснить. Попробует сам, а потом где-то скажет, что он делает по-другому.

За конкурентами не следим

— У вас есть стабильное место для тренировок?

— ВМ: Наше стабильное место в учебно-тренировочном центре «Новогорск», потому что именно своего катка у нас нет. Живем там на неделе и перемещаемся среди трех ледовых полян. Со льдом проблему решили, для тренировок там очень хорошее место. Никакой быт не отвлекает — не надо ничего готовить, убираться. Посвящаешь свою жизнь тренировке.

— По обычной жизни скучаете?

— ВМ: Для нее есть выходные. Полтора дня. Мы знаем, ради чего это делаем, а ради большой цели приходится чем-то жертвовать.

— Наталью Забияко и Александра Энберта, которые также победили в этом сезоне на двух этапах Гран-при и отобрались в финал, видели в деле?

— ВМ: По телевизору видели.

— ЕТ: Вживую нет.

— Чувствуете, что подбираются к вам?

— ВМ: Мы не следим за соперниками, все зависит от того, как мы откатаемся.

— Саша Энберт сказал, что они с Наташей готовы к конкуренции с вами на равных в текущем сезоне.

— ВМ: Ну, он же не мог сказать по-другому.

— Он был неискренен?

— ВМ: Все готовы.

— В прошлом сезоне у вас была очень мощная программа на музыку из Второго концерта Рахманинова. А произвольная, судя по отзывам, проигрывала, и это сказывалось на вашей борьбе с конкурентами. В этом году вы поменяли короткую программу после сентябрьских контрольных прокатов фигуристов сборной России.

— ВМ: В прошлом году был очень плотный сезон — старт на старте. Просто физически не было времени на смену программы, потому что процесс это длительный, а олимпийский сезон не для экспериментов. Наверное, была безвыходная ситуация у нас в плане произвольной. В этом году мы перестроились, так как специалисты из федерации, зрители сказали, что рок для короткой — это слишком. У нас было полтора-два месяца, чтобы накатать программу под новую музыку. Хотя даже шаги мы оставили от старой.

— В прошлых сезонах вы соревновались за место в сборной, сейчас вы лидеры. В каком статусе легче выступать?

— ВМ: Теперь будем бороться за мировое лидерство. Это такое субъективное мнение — про статус. Статус присваивают за прошедшие соревнования. Он тебе не дает преимущества в новых турнирах. Ты должен каждый старт подтверждать свой статус и доказывать, что ты являешься лидерством. Это нельзя присвоить спортсмену и просто с этим жить.

— Статус оказывает давление?

— ВМ: Нет. Каждый старт начинается с нуля, нужно выходить и доказывать свое мастерство.

— Вы отобрались в Финал Гран-при в Ванкувере, до которого осталось мало времени. Над чем будете работать, на чем сосредоточитесь?

— ВМ: Сейчас после этого турнира нельзя ни в коем случает расслабляться, только поддерживать форму. Где-то подтянуть технические вещи. В короткой программе поработать над дорожкой, пока она была третьего уровня. В произвольной — там, где были ошибки. С прыжком надо будет разобраться, хотелось бы в выбросах делать почетче приземления. В целом план такой. Цель есть, задачи ясны.

— Есть ли желание освоить четверную подкрутку, какие-то сложные элементы?

— ВМ: Конечно, обязательно надо. Но скажу так: жаль, что по нынешним правилам не оцениваются именно попытки четверных, пусть с огрешностями. За это наоборот сильно наказывают. В правилах прямо прописано: если ловля на подкрутке нечеткая, то снимают порядка двух баллов. И так за тройной ты набираешь больше, чем за четыре. Хотя в прошлом году было наоборот.

— То есть, вы пока жертвуете элементы «ультра-си» в пользу чистоты проката?

— ВМ: Да, современные правила пока требуют этого.

— Вам самим хочется делать что-то сложное, бросать себе вызовы, делать элементы, которые никто еще не делал до этого?

— ВМ: конечно, есть, но это не должно идти в ущерб результату. Мы принимаем абсолютно взвешенное решение. Не должно быть такого, что мы удивим всех элементом, но получим минимум оценок.

rsport.ria.ru

Загрузка...

Поиск
Загрузка...