Тарасова/Морозов: Олимпиаде в Пхенчхане большого значения не придаем

Завоевавшие второй титул чемпионов Европы подряд Евгения Тарасова и Владимир Морозов едут на Олимпийские игры в Пхенчхан в качестве первой спортивной пары фигуристов от «олимпийских атлетов из России». В преддверии Игр-2018 спортсмены рассказали корреспонденту РИА Новости Анатолию Самохвалову о том, как бегали за автографами Евгения Плющенко и Марии Петровой с Алексеем Тихоновым, как смотрели зимние Олимпиады, собираясь рано утром в школу, как скандалили между собой и вырывались в число лидеров мирового спорта.   

«Абсолютно спокоен перед Пхенчханом»

— Во время Олимпиады 2006 года в Турине мне было 13 лет, я даже не смотрел парное катание, — вспоминает лучший парник Европы Морозов. — Знал, что выступают Татьяна Тотьмянина/Максим Маринин, но это мне было неинтересно, я в этом деле совсем ничего не понимал. Следил только за одиночным противостоянием Плющенко и Ягудина.

— За кого болели?

Морозов: Ух, не знаю даже. Такая крутая борьба была, что именно она сама была любопытна в первую очередь.

— «Зима» Ягудина или?..

Морозов: Что круче? Наверное, «Зима» Ягудина и его же «Человек в железной маске». Потом, в 2010 году, я сделал первые шаги в парах, поддержки какие-то учил, на соревнования ездил, но пока еще непонятно мне было это парное катание. Олимпиада в Сочи мне как-то ближе, чем те, что были до нее. В 2014 году мы были юниорами, катались только на чемпионате страны, готовились к юниорскому чемпионату мира, на котором в итоге заняли второе место. А в 2018 году я Олимпиаде особого значения и статуса не придаю, готовлюсь к ней, как к обычному турниру.

 

— Получается?

— Самовнушение работает, — вступает в разговор Тарасова.

Морозов: Так будет проще. Наверное, внушать себе такой настрой получается. Если бы мы думали, что Олимпийские игры чем-то особенны, уже испытывали бы стресс. Да, они могут случиться лишь раз в жизни, но я абсолютно спокоен и рад, что мы едем в Пхенчхан.

Тарасова: Когда я смотрела Олимпийские игры, мне они казались главным моментом в жизни спортсмена. Одни едут на них и заканчивают карьеру, а другие наоборот – получают настоящий вкус к соревнованиям и стремятся ощутить то же самое вновь через четыре года. У меня один только телепросмотр Олимпиады вызывал «вау!». Помню, как мама будила меня рано утром специально, чтобы я ничего не пропустила. Меня одевают в школу, а я стою и смотрю в телевизор. В 2006 году я уже любила парное катание, болела за Тотьмянину и Маринина, а в 2014-м – уже за Таню с Максом (Волосожар/Траньков). А сейчас мы прошли первенства, этапы, чемпионаты мира, Европы, поэтому относимся к Пхенчхану как просто к следующему международному старту. Не думаем, что нас ждет что-то сверхъестественное и это какой-то наш единственный шанс.

— После Игр в Корее не будете делать передышку?

Морозов: Нет.

Тарасова: Конечно, нет. Мы молодые, чтобы делать паузы. После Олимпийских игр сразу приступим к подготовке к чемпионату мира в Милане, а после будет обычный отпуск, за которым начнется следующий сезон.

«А потом появился Вова. Большой, крупный, сильный, техничный»

— В детстве Володя бегал за Евгением Плющенко, чтобы получить автограф.

Тарасова: И я бегала. За Петровой с Тихоновым. Потом попала в парное, пригласили в шоу Ильи Авербуха «Пока часы двенадцать бьют», где встретила Марию с Алексеем. Недавно Тихонов мне встретился. «О, а я помню, ты была Белочкой у нас!», — напомнил мне. Сейчас общаемся, он всегда желает нам удачи, болеет, поддерживает.

— Настоящее удовольствие когда стали получать от фигурного катания?

Морозов: Когда были юниорами, и стало получаться, начали брать медали на этапах Гран-при.

— Про партнерш Володи нам все известно из его интервью, а вы, Евгения, как долго искали свою вторую спортивную половинку?

Тарасова: Недолго. До Володи у меня был только один партнер – Егор Чудин. Можно сказать, что это он меня привез из Казани в Москву, в группу Нины Михайловны (Мозер). Два года мы с ним откатались, а потом появился Вова. Большой, крупный, сильный, техничный.

— Двукратный призер Олимпийских игр Алена Савченко рассказывала, что берет ее в руки Брюно Массо, выбрасывает в воздух, и ей никаких усилий не надо прилагать — настолько силен партнер.

Тарасова: Ну, у них очень большая разница в росте и весе. У нас другая ситуация – мы более ровная пара, но с приличным взаимодействием. Есть Вовина работа, есть моя. Парная. А у немцев так — он берет ее будто одной рукой и кидает куда угодно.

— Сейчас вы уже сыграны.

Тарасова: Сколько мы уже вместе?

Морозов: Шесть лет. Ну вот и ответ.

— Препираетесь часто друг с другом?

Тарасова: В этом сезоне стараемся меньше, чтобы не отвлекаться от работы.

Морозов: Споры и конфликты возникали в основном из-за ошибок.

Тарасова: На фоне усталости. Я устану, Вова ругался, что я не еду. Хотя он за счет своей силы и скорости способен меня довезти до элемента, а вот если он устанет, то мы останавливались, и ругалась уже я.

— Бывает, что срыв на партнера идет на пользу?

Тарасова: В любом случае это идет во вред. Особенно, наверное, тому, на кого ты сорвался. Осадок остается. Но в нашем случае все эти споры быстро проходят и забываются. Сильного вреда мы друг другу никогда не наносили.

— Сегодня в парном катании много сильных по духу женщин, но олимпийский чемпион 2002 года Антон Сихарулидзе как-то сказал, что главным в паре должен быть мужчина. В вашем дуэте кто хозяин?

Тарасова: Володя, конечно. Он главный, потому что у него адекватнее, что ли, получается вести нашу пару.

— Подгонять не приходится его?

Тарасова: Никогда.

— На тренировке у вас на катке как-то видел, как Екатерина Александровская гнала на лед своего австралийского партнера Харли Виндзора, который уже снимал коньки. 

Тарасова: У нас такого не случается, Вова – ответственный человек.

«Я помягче, Вова посерьезнее, а на льду – одно целое»

— По свидетельствам очевидцев, за неделю до чемпионата Европы, который вы выиграли, на тренировках вы «пёрли, как танки».

Морозов: Были очень хорошо готовы, заряжены. В период Финала Гран-при (начало декабря) у нас была небольшая функциональная яма, а сейчас мы во всех смыслах движемся вверх. И физически, и эмоционально. Уверенности у нас в себе достаточно.

— Но как переживать неудачи, которые порой случаются нежданно, как в том же Финале Гран-при в Нагое или в короткой программе на чемпионате Европы в Москве?

Морозов: Нужно относиться к ним естественно и достойно эти неудачи переваривать.

Тарасова: А потом и переступать через них.

Морозов: И тогда, если ты не сдался, не опустил рук, их быстро переживешь, и тебе все воздастся.

— Все равно вы как-то подозрительно уверенны в олимпийском сезоне.

Морозов: Если мы можем хорошо выступать на чемпионатах Европы и мира, то почему мы должны быть неуверенными на Олимпийских играх?

— Двукратный олимпийский чемпион и ваш бывший товарищ по группе Максим Траньков не поясняет, что такое Олимпиада?

Морозов: Сейчас уже нет, а раньше мы со многими спортсменами-олимпийцами беседовали: как они Игры проживали, что там вообще происходило. Нам было любопытно узнать, что было в том же Сочи четыре года назад, но сейчас у нас другие интересы – времени не так много осталось, и забивать голову дополнительной информацией не хочется. Да и не нужно. Время сбора советов прошло.

— Не вспоминаете вдвоем те времена, когда в вас особо не верили, как вспоминал тот же Траньков?

Морозов: Да нет, на катке у нас пар всегда хватало.

— Чужими себя никогда не чувствовали?

Тарасова: Нет, мы просто были в текучке обстоятельств. Когда мы ездили на соревнования, приходило много новых пар. Порой идешь на лед, а тебе «привет!» с одной стороны, «привет!» с другой, а ты людей-то первый раз видишь. Хотя катаемся в одной группе.

Морозов: Мы всю жизнь стремились к своим мечтам, целям, не жалели себя, не давали слабину, не пропускали тренировок, поэтому и добились таких результатов, которые имеем на сегодняшний день. А ностальгия все равно есть по тем временам, когда все только начиналось. Даже по тем, когда было все плохо и возникали мысли бросить спорт. Но и тогда мы переступали через себя, и награда возвращалась в двойном объеме.

— Сколько раз прощались с собственной перспективой?

Тарасова: Один я помню ясно. Первый год во взрослом парном катании. Конец сезона. Ничего не получается, взаимная ругань, претензии… Это был переломный момент. Не преодолели бы — были бы никому не известны сейчас.

— Несовместимость характеров?

Евгения Тарасова и Владимир Морозов

Тарасова: Нет, большое желание, и никакой отдачи на тот момент. Вот и напряглись. Но потом все пошло неплохо.

— Спортивные пары на юниорском уровне часто становятся лучшими, а на следующий день распадаются. 

Тарасова: Мы смогли преодолеть этот этап.

Морозов: Юниоры могут выигрывать Гран-при, разные чемпионаты, а потом среди взрослых остаются за первой десяткой на чемпионате России.

— Володя говорил, что стервозность – это вообще не про Женю.

Тарасова: Нет.

— Не хотелось такой побыть?

Морозов: Спортивная злость должна быть, а не стервозность.

Тарасова: Мы дополняем друг друга. Я помягче, Вова посерьезнее. А на льду – одно целое.

rsport.ru

Загрузка...

Поиск
Загрузка...