Траньков уже наставник

Двукратные олимпийские чемпионы Татьяна Волосожар и Максим Траньков в ближайшие дни надолго уезжают в Сочи. Там открывается школа, которая будет носить их имя, и с ними едет тренер Нина Мозер. Хотелось бы знать, что все это означает. Неужели вся группа Мозер навсегда перемещается в Сочи?

Но это, безусловно, далеко не единственная вещь, о которой хотелось бы спросить тренера, в чьих руках сейчас сосредоточены лучшие в мире пары. Вплоть до того, что четырехкратный чемпион мира немец Робин Шолковы, недавний непримиримый соперник, попал в этот лагерь и со вчерашнего дня приступил к работе.

«ДАВАЙ-КА ПОМОГАЙ МНЕ, МАКСИМ!»

– Нина Михайловна, теперь счастливый для вас Сочи превращается в порт постоянной приписки?
– Нет, это просто длительный сбор, и каждая наша пара в дальнейшем будет выезжать на турниры по своему графику. Эта школа будет носить имя Татьяны и Максима, это действительно так, но постоянно жить и тренироваться в Сочи мы пока не планируем, будем пользоваться этим замечательным местом так и тогда, как нам это будет удобно и нужно.

– Когда, в какой момент Траньков и сам стал тренером? На «Шоу олимпийских чемпионов» в «Лужниках» его представили как тренера пары Евгения Тарасова – Владимир Морозов.
– Он им помогает, Максим вообще-то всегда им помогал. А когда на «блокадах» врачи не разрешили ему поднимать руку выше плеча, в силу того, что он человек очень энергичный и без фигурного катания не способен прожить ни дня, я ему сказала: «Давай-ка помогай мне, Максим». Все элементы у этих ребят были давно поставлены. Максим пытался найти какие-то новые выезды из элементов. Он у нас парень творческий и всегда готов поддержать молодежь – не только Женю с Володей. Если у него возникает интересная мысль – он всегда предлагает какие-то вещи. И я никогда не была против этого.

– Максим и программы ставит. Как он вам в роли постановщика?
– Мне понравилось то, что он сделал. Прежде всего это современное фигурное катание. Я ни для себя, ни для своих пар ни в коем случае не хочу возврата ни в девяностые, ни в двухтысячные, когда все постановки были устроены по принципу: перебежка – элемент – перебежка. Разгон… Вроде бы как на скорости проехали, но на международной арене это уже неактуально. Транзишены – вот что теперь важно.

– Я не могу вспомнить, кто еще, кроме Максима, продолжая кататься, осваивал параллельно мир тренера и хореографа. Это же уникальный случай, разве нет?
– Честно говоря, я не задумывалась. Единственное, что вспоминается, – Паскуале Камерленго ставил программы… самому себе. И был постановщиком у других фигуристов.

«МАССАЖИСТ ХОРХЕ УБЕДИЛ ОСТАТЬСЯ ДО ИГР-2018»

– У Татьяны и Максима в Сочи исполнилась мечта. Вы не чувствуете у них какой-то эмоциональной дезориентации: «А что же дальше?».
– Не чувствую. Потому что эту тему «А что дальше?» мы прожили за… четыре месяца до Олимпиады в Сочи.

– Как такое может быть?
– Мы были тогда в Америке, массажист Хорхе (Хорхе Фернандес, уникальный слепой остеопат из Нью-Йорка. – Прим. авт.) лечил Максима и как-то очень активно стал нас убеждать, что состояние Максима сейчас гораздо лучше, чем когда мы только начали работать! И мышцы, и кости… А затем как о чем-то само собой разумеющемся оговорился: «Ну Сочи – ладно, а вот к этому корейскому городу нам нужно будет сделать вот это, вот это и вот это». Я подумала: мне это послышалось. Что значит «Сочи – это ладно?». Какой еще корейский город? Я даже засмеялась: «Ребята, ну мы-то с вами договаривались только до Сочи!».

– Так это Хорхе изменил вашу судьбу?
– Потом постепенно на смену первоначальному удивлению я начала свыкаться с этой мыслью «о корейском городе». И ребята мне тоже в свою очередь сказали: «А мы бы хотели, чтобы у нас все продолжалось и вы оставались с нами». Я ответила: «Спасибо большое, я подумаю…». Конечно, годы, которые мы провели вместе, – они разные, местами сложные, но все равно очень счастливые. И, наверное, без этого адреналина стало бы скучно. Поэтому я согласилась с их решением.

– Но вы решили уже кататься неполные сезоны. Разумная экономия сил перед корейским городом?
– Решение еще не окончательное. Травма плеча у Максима сместила все акценты. Если все нормально, если консилиум 12 сентября скажет, что все в порядке и можно идти в полную нагрузку, мы так и сделаем, если попросят поберечь себя – мы опять же прислушаемся.

ПОДАТЬ РУКУ ВЧЕРАШНЕМУ ВРАГУ

– Вы пригласили Робина Шолковы, он вошел в ваш тренерский штаб.
– Да, как раз сегодня (в среду. – Прим. ред.) мы подписали контракт. На турнире в Оберсдорфе ожидается его дебют.

– Незадолго до Олимпиады в Сочи они с Аленой Савченко, ваши самые опасные конкуренты, что-то такое сделали, чтобы вывести вас из равновесия во время финала Гран-при. Все это теперь забыто?
– Ну что они сделали? Ничего «такого» они не сделали. Всего лишь изучили наши привычки, наши правила, которые мы соблюдаем, готовясь к выступлению. И тоже стали это делать. Я не хочу полностью раскрывать наш ритуал, потому что это наши наработки, которыми мы собираемся пользоваться и впредь. Но мы приходим в раздевалку, мы делаем там какие-то мелочи, но, когда они исчезают, ты начинаешь чувствовать дискомфорт. Это не только мне показалось – что Алена и Робин повторяют наш ритуал, это и Тане с Максимом показалось. Но так ли это важно теперь, когда прошло уже достаточно времени? Когда Робин расстался с Аленой, открыт для предложений и готов поработать с нами, для России? У него потрясающая техника скольжения, разве кому-нибудь будет плохо, если он что-то передаст нашим парам, чему-то научит?

www.sovsport.ru

Загрузка...

Поиск
Загрузка...