Тройственный союз

Елизавета Туктамышева

Одна из самых наших многообещающих фигуристок Елизавета Туктамышева в этом сезоне выиграла два этапа Гран-при.

Всего несколько лет назад отечественное фигурное катание переживало тяжелый кризис. Прежние чемпионы оставили профессиональный спорт и занялись кто бизнесом, кто политикой, продолжая выступать в шоу. На скамейке запасных не оказалось спортсменов, готовых подхватить эстафету. Сегодня ситуация изменилась. Одна из самых наших многообещающих фигуристок Елизавета Туктамышева в этом сезоне выиграла два этапа Гран-при и завоевала золотую медаль на юношеских Олимпийских играх

Алексей Николаевич Мишин все время бежит. После тренировки в зале он спешит в небольшое помещение, где установлено изобретенное и запатентованное им оборудование. Аналогов в мире нет. Здесь он учит фигуристов прыгать и держать равновесие. Затем начинается тренировка на льду. У Мишина синие коньки, он зашнуровывает их у себя в кабинете и торопится вниз по лестнице на каток. Параллельно отвечает на звонки, решает проблемы своих учеников и школы в целом.

— Такая жизнь. Это на даче я могу сидеть спокойно, а здесь если бы я не торопился все время, то ничего бы не успел сделать, — говорит он, выходя на лед.

Там уже катаются его ученики. В группе Алексея Мишина собраны самые талантливые дети. Попасть сюда — значит одержать одну из первых побед в фигурном катании. Юные спортсмены приезжают со всей страны, с ними занимаются прекрасные специалисты, но и Мишин успевает уделить внимание всем, а не только звездам. У маленькой девочки сегодня день рождения, тренер достает из кармана бархатную коробочку с ожерельем и вручает ее имениннице.

Для того чтобы спортсмен стал чемпионом, должны совпасть три фактора: наличие таланта, удачное попадание в нужное время в нужное место и присутствие рядом человека, который поможет реализовать весь потенциал. Так считает Алексей Мишин, один из лучших в мире тренеров по фигурному катанию.

— Тренер тоже должен быть по-своему чемпионом, чемпионом по знаниям, — утверждает Мишин, с которым мы встретились на тренировочной базе во дворце спорта «Юбилейный» в Санкт-Петербурге. — У меня есть система обучения, которую я создал за годы занятий фигурным катанием. Важную роль здесь играет атмосфера — та аура, которая царит на катке. Ведь спортсмена воспитывает не только тренер, хореограф или специалист по физподготовке, а обстановка в целом. Она влияет и на эстетические моменты, и на технические. Каждый из фигуристов, который у меня занимается, по-своему клон системы, которую я создал. Лиза Туктамышева тоже прекрасная частичка этой системы.

Елизавета Туктамышева
Алексей Мишин страхует Лизу Туктамышеву во время вращения с помощью лонжи — страховочного устройства, которое используется в цирке и фигурном катании при исполнении трюков.

Начало пути

Будущая чемпионка впервые пришла с родителями на каток в удмуртском городе Глазове.

— Вначале Лиза ничем не выделялась, — рассказывает ее первый тренер Светлана Веретенникова. Изящная блондинка с короткой стрижкой держится скромно, говорит негромко и сразу располагает к себе. Неудивительно, что с таким человеком родители спокойно отпускали дочку в другой город — за долгие годы Веретенникова стала Лизе ближе, чем иной родственник. — Пришла обычная девочка, правда, поехала сразу — до этого она на коньках не стояла. Целый год она каталась, а потом мы стали более плотно заниматься не только общеразвивающими упражнениями, но и фигурным катанием. Дело в том, что в нашем городе был дефицит льда, и большая часть занятий проходила в зале. Но когда мы начали целенаправленно заниматься прыжками, оказалось, что Лиза очень быстро все схватывает, моментально запоминает.

Несмотря на безусловный талант ребенка, мама Елена вовсе не мечтала, чтобы ее дочь стала профессиональной спортсменкой.

— Мы были ненормальными молодыми родителями. Шел 1996 год, это был период чуть ли не анархии. Печаталось много разных статей о воспитании, у нас была масса идей. Когда Лиза родилась, мы ее практически сразу окунули в ванну — она у нас ныряла. И, кстати, никогда не плакала. Упадет, стукнется, встанет и дальше пойдет. У нее была масса энергии. Дома у нас стоял детский спортивный комплекс. Лиза на нем подтягивалась раз семь, карабкалась, как маленькая обезьянка. Надо было что-то с этим делать, и мы искали варианты. В спортивную гимнастику у нас набирали только мальчиков, секции художественной гимнастики не было, танцы только с шести-семи лет. А в пять лет эту энергию некуда было направить. Так мы и нашли Светлану Михайловну. Ее дочка училась у меня в классе. Когда Лиза пришла к ней в группу, ей пришлось быстро догонять. Все ребята занимались уже второй или третий год, а она ничего не умела, только на коньки встала. Пришлось много кататься, учиться. А потом и догнала, и перегнала, ее уже было не остановить. Но мы все равно хотели, чтобы она просто занималась спортом. Я же учитель математики, у меня сложилось впечатление, что спортсмены — люди необразованные. Со школой у них проблемы: они вечно на сборах, не учатся, двух слов связать не могут. Так что я была против профессионального спорта. Думала, пусть пока занимается, а потом я ей на мозги покапаю и в школу перетяну. К тому же я очень переживала, не могла смотреть, как она тренируется, как падает на лед. Один раз даже сказала: «Так, в этой четверти получила три — на фигурное катание не ходишь». Лиза тогда пожаловалась Светлане Михайловне — та вызвала меня, говорит, нельзя так. Для Лизы фигурное катание — ее жизнь, она без него не может.

Елизавета Туктамышева

Белгородский момент истины

Светлана Веретенникова стала уделять Лизе больше внимания. Несколько раз они приезжали на соревнования в Белгород. Там и увидел Лизу Алексей Мишин. Он не взял ее, но запомнил: тренеру понравилось, как высоко Лиза прыгала. А уже на следующий год предложил Светлане Веретенниковой работать с девочкой вместе. Так началась долгая история поездок из Глазова в Петербург и обратно.

— Они приезжали на две недели, жили в гостинице или в интернате на площади Мужества, — рассказывает Мишин. — Тогда промежутки между тренировками были больше, и Лиза либо целый день здесь слонялась, либо ездила туда-обратно. А это другой конец города, четыре-пять часов дороги в день. Она приезжала домой полуживая. И денег у них тогда тоже не было. Этим она мне напоминает и Женю Плющенко, и Алексея Ягудина, и Алексея Урманова, которые тоже жили в очень непростых условиях, когда начинали у меня тренироваться. Светлана рассказы­вала, что, когда они с Лизой только приехали в Санкт-Петербург, у нее не всегда хватало денег, чтобы купить ребенку шоколадку. Когда мы начали работать вместе, мне пришлось оказать им поддержку во всех отношениях, в том числе финансовую. Во Францию отправил на соревнования, деньги давал на гостиницу, на билеты, на жизнь, снял им квартиру. Но я чувствовал, что все это не напрасно: и тренер, и спортсменка отвечали мне очень высокой степенью ответственности и работоспособности, старательностью. А потом Лизу поддержал мой друг и помощник бизнесмен Михаил Кузнецов, который продолжает традиции русского меценатства. В течение нескольких лет он помогал ей и с костюмами, и с проживанием, и с билетами.

Елизавета Туктамышева

Старая школа

С появлением Туктамышевой Алексей Мишин приобрел не одну ученицу, а сразу двух. Светлана Веретенникова не рассталась с Лизой.

— Вы знаете, такие содружества — большая редкость. Обычно, когда человек приезжает откуда-то, первый тренер исчезает с горизонта, — поясняет Мишин. — Но Светлана Михайловна была очень нужна. Когда Лиза приехала, надо было выполнить большую черновую работу, связанную с корректировкой техники. И им это удалось. Основу новой техники в совершенстве изучили и спортсменка, и тренер. На мой взгляд, это главное достижение нашего тройственного союза: конечно, очень важно, что у нас появилась такая спортсменка, как Лиза, но еще более важно, что есть тренер, владеющий основами передовой методики. У каждого из нас в работе с Лизой есть своя ниша, и мы ее заполняем. Мы не делимся на главного и неглавного, идет гармоничная работа. Тренер моего уровня и возраста должен передавать свои знания и опыт — я занимаюсь этим больше сорока лет.

Мы сидим в кабинете Алексея Мишина во дворце спорта «Юбилейный». Уже много лет подряд он работает здесь со своими учениками. Когда в 2006 году в Санкт-Петербурге открылась Академия фигурного катания, два тренера — Алексей Мишин и Тамара Москвина — отказались покидать привычное место. Из кабинета Мишина открывается прекрасный вид на каток. В маленькой комнате уютно: на компьютерном столике нашел пристанище ноутбук, на полках книги, на стенах фотографии — хозяин кабинета в окружении своих учеников и великих мира сего. Нашлось место и для диванчика, на котором в перерыве между тренировками любят отдыхать Лиза или другой ученик Мишина Артур Гачинский. По словам Туктамышевой, лучше потратить два часа на сон, чем на поездку домой и обратно.

Лиза молчаливая, сдержанная, не по возрасту смышленая.

— Спортсмены взрослеют раньше, — объясняет Алексей Мишин. — Они проходят цикл от зарождения в профессии до апогея, а потом до неминуемого завершения карьеры, а это укороченная копия жизни. Так что спортсмен входит в обычную жизнь имея за плечами модель уже прожитой — спортивной. Сейчас Лиза хочет быть красивой девушкой, хочет нравиться мальчикам и быть чемпионкой. А чего — района, Европы или мира — не имеет значения. Желание быть чемпионом не имеет градаций. Лизина сильная сторона заключается в том, что у нее нет слабых. Бывает, у спортсмена изумительный дар, всесторонний талант, а одного чего-то не хватает. Прекрасный корабль с одной дыркой в борту — и это судно тонет. У спортсменов это может быть трусость, слабость, недостаток художественного видения мира, неспособность овладеть определенным набором элементов, прыжками с максимальным числом оборотов. Самый главный талант заключается в том, чтобы этой пробоины не было. Главная соперница Туктамышевой — она сама. То же самое я говорил в свое время Жене Плющенко, Алексею Урманову. «Сделай свое, а там посмотрим, что получится. Потому что самый страшный соперник и враг — ты сам!» Вдруг ей сорвет голову от успехов, или она растолстеет, или перестанет стремиться выступать как последний раз в жизни?! Но здесь у меня больших опасений нет, хотя нет и какого-то медального плана. Это так не делается. Медали не планируют — планировать надо постоянный рост мастерства: лучше прыгать, вращаться, быть более изящной, выносливой, крепкой, храброй. Вот что такое подготовка, а не «в этом году надо занять это место, в следующем то…».

Время перемен

За последний год в жизни Лизы Туктамышевой произошло очень много событий, как приятных, так и трагических. В 2011 году она потеряла отца — он был спортсменом, в прошлом лыжником. Спустя несколько месяцев после этого она с мамой и младшей сестрой окончательно переехала в Санкт-Петербург.

— Переезд в Питер повлиял на мою жизнь, настал новый этап. Нет уже этого мотания туда-обратно, жить стало лучше, легче. К тому же это очень красивый город, — говорит Лиза. — Я живу как обычная фигуристка: тренировки, соревнования, сборы. Вся моя жизнь крутится вокруг спорта. По-другому и быть не может, когда занимаешься им профессионально. Надо стремиться к какой-то цели, а не просто наслаждаться катанием. Без цели плодотворного процесса не будет. Ощущение, когда ты выигрываешь, стоишь на пьедестале, особенно на каких-то важных стартах, — его не передать словами. Мне нравится выступать на соревнованиях. Нервы, кураж, без этого уже сложно прожить. Вот сейчас сезон закончился, и мне уже стало скучно — хочется побороться с кем-то, повыступать.

Лиза производит смешанное впечатление. На льду она сдержанная и серьезная, во время интервью улыбается и смеется.

— Иногда могу быть взрослой, а иногда хочется побыть маленькой девочкой. На льду надо быть собранной, чтобы не сорвать прыжки. А когда тренировка заканчивается, то можно повеселиться, побыть собой. Но я и на льду могу посмеяться. Конечно, надо хорошо выступать на Гран-при, отбираться на чемпионаты Европы и мира, достойно себя там показывать. Я ощущаю ответственность за свою семью. Поначалу им было тяжело: друзей нет, новое место. А сейчас приноровились. Мама даже уже не хочет обратно в Глазов. Они переехали в Питер из-за меня, потому что фигурное катание — моя жизнь. Оно никогда не уйдет из моего сердца, мне кажется, я всю жизнь буду с ним связана.

Лизу Туктамышеву любят окружающие, с ней легко работать и приятно общаться. По словам хореографа Георгия Ковтуна, привнесшего в программы учеников Мишина театральную экспрессию, работа с Лизой — одно удовольствие.

— Она удивительный человек. Выносливая, любопытная, очень добрая, — говорит Ковтун, колоритный мужчина с длинными усами и в байкерской куртке. — Я никогда не видел, чтобы она с кем-нибудь ссорилась. Только улыбка. Она понимает, что сейчас ей выдали большие авансы. Она выросла, но осталась ребенком, только со взрослыми мыслями. С одной стороны, у нее не было детства, которое есть у всех обычных детей, но с другой — посмотрите, сколько она приобрела. Когда мы ездим на сборы в Испанию, Италию, Эстонию, она и другие ученики видят гораздо больше, чем их сверстники. В школу они не ходят, зато все знают английский язык. Кроме того, у них есть возможность пользоваться всеми благами детства. Они общаются, устраивают дискотеки, когда можно, ходят в театр. Алексей Николаевич уделяет этому много внимания.

— Конечно, воспитание должно быть гармоничным. Но в условиях тех спортивных претензий и того уровня подготовки, который мы реализуем, этой гармонии достичь нельзя, — признает Мишин. — Если спектакль заканчивается в десять вечера, значит, дома она будет в одиннадцать, в двенадцать заснет, а на следующий день не сможет полноценно работать. Если какие-то тренеры говорят: «Мы ходим в театры, на танцы, в кино, музеи — и побеждаем», то это чепуха. Помню, я еще не был профессионалом, когда в Москву приехал знаменитый американский атлет. И он отказался пойти в Большой театр. Мне тогда казалось — какой странный парень, ну посиди ты два часа, посмотри балет, потом поспи, побегай, сделай, что тебе надо. Нет. Один поход в театр разрушает всю структуру. Мы стараемся ходить в театр, посещать светские мероприятия. Но, конечно, эта сфера жизни у нас отстает. Зато Лиза поступила в прекрасный испаноговорящий лицей, учится там заочно.

По словам Мишина, будущее спорта зависит от трех сил: местной федерации, Министерства спорта и спонсоров. При их поддержке спорт выживет и будет процветать.

— Сейчас ситуация особенно благоприятная, — говорит знаменитый тренер. — За всю мою жизнь в спорте, а я начал в 1956 году, не было такой мощной, разумной и целенаправленной финансовой и любой другой поддержки, как сейчас. У спортсмена есть деньги на еду, на то, чтобы купить одежду, сходить в кино или театр. Надо ехать за границу на сбор — пожалуйста. Лучшие спортсмены могут воспользоваться такой возможностью. Надо сшить костюм — пожалуйста. Можно нанять музыкального редактора, тренера по общефизической подготовке, хореографа. Но от оказания помощи до момента, когда спортсмен начинает показывать результат, проходит время, и надо, чтобы люди, которые занимаются их поддержкой, потерпели. А результаты обязательно будут.

Алексей Мишин

Родился 8 марта 1941 года в Севастополе. Заслуженный мастер спорта СССР. В паре с Тамарой Москвиной стал чемпионом СССР по фигурному катанию (1969), серебряным призером чемпионата мира (1969), серебряным призером чемпионата Европы 1968 года и бронзовым — 1969-го. С 1970 года занимается тренерской работой. Подготовил олимпийских чемпионов Алексея Урманова, Евгения Плющенко, шесть лет тренировал Алексея Ягудина. Сейчас тренирует бронзового призера чемпионата мира 2011 года Артура Гачинского.

Елизавета Туктамышева

Родилась 17 декабря 1996 года в городе Глазове, Удмуртия. Обладательница серебряной медали чемпионата мира среди юниоров (2011), чемпионка России среди юниоров (2011), победительница этапов Гран-при в Канаде и Франции (2011). Победительница юниорских Гран-при в Румынии и Германии (2010), серебряный призер юниорского финала (2010). Чемпионка Первых зимних юношеских Олимпийских игр (2012). Тренируется у Светланы Веретенниковой и Алексея Мишина.

expert.ru

Загрузка...

Поиск
Загрузка...