«За анорексию пора вводить уголовную ответственность. Случай Антиповой — не единственный!»

Юлия Антипова, несмотря на то, что федерация фигурного катания заявила о невозможности оплачивать дальнейшее лечение в израильской клинике, остается в Петах-Тикве. Несколько дней назад Юля встретила там свой День рождения, сделав самой себе самый драгоценный подарок: к 17-летию она поправилась уже до 34,5 килограмм.

В Интернете продолжается сбор средств, которые позволят партнерше Нодара Майсурадзе продолжить курс лечения, оказавшегося очень дорогим, но в то же время и весьма эффективным. Руководство клиники Шнайдера, детского медицинского центра, занимающегося проблемами анорексии, пошло навстречу родителям девочки, предоставив 20-процентную скидку и отсрочку платежа. Но 110 тысяч долларов нужно будет в любом случае заплатить.

Но сейчас речь, может быть, уже не столько об этом. Случай Юлии Антиповой, оказавшийся самым громким и страшным – это всего лишь вершина айсберга. В российском фигурном катании существует огромная проблема, уходящая своими корнями в детский спорт.

«Я еще несколько лет назад говорила, что за анорексию пора вводить уголовную ответственность, — считает Ольга Григорьева, близкая подруга семьи Нодари Майсурадзе. Ольга была именно тем человеком, благодаря которому история партнерши Нодари получила такую широкую огласку. Ольга разместила то самое первое объявление в социальных сетях, поднявшее бурю.

Ольга Григорьева живет в Петербурге. В свое время она каталась у Тамары Москвиной, ее тренером была и только начинающая тогда еще тренерскую работу Наталья Павлова, из-за жестких методов которой и ультимативных требований по сгонке веса, как утверждалось в «Прямом эфире с Борисом Корчевниковым» в сознании Юлии Антиповой был запущен разрушительный механизм. Он продолжал работать даже после того, как Юля вместе с партнером перешла к гораздо более мягкому и демократичному Артуру Дмитриеву.

Дочь Ольги — Вероника, совсем недавно выступавшая за Испанию только-только закончила карьеру. Кроме того, Григорьева, по профессии врач, сейчас готовится к защите диссертации по эндокринологии.

«Я не видела другого выхода, — вспоминает Ольга. – Родителей Юли я не очень хорошо знаю, я дружу с семьей Нодари, но, когда я услышала о том, что Юля оказалась в психиатрической лечебнице, что там с ней ужасно обращались, и она стремительно теряет вес, — потеряла за несколько дней пять килограмм, — я поняла, что мы должны действовать без промедления. Понимаете, ведь таких случаев на самом деле было очень много. Я считаю, это очень серьезная проблема, которой должна озаботиться федерация фигурного катания. Может быть, с уголовной ответственностью я и погорячилась, но тренеры должны быть поставлены перед фактом: если в их группе происходит нечто подобное, последует строгое наказание. Штраф, дисквалификация, а если это повторится, то и лишение тренерской лицензии.

К сожалению, у нас в сборной нет врача-диетолога, знающего специфику фигурного катания, балета и художественной гимнастики. Более того, допустим, в Петербурге, в Академии фигурного катания, девочкам предлагались такие диеты… что после них они поправлялись на 4-5 килограмм!

Я считаю, что к этому вопросу нужно подойти спокойно. Без скандала и обвинений. Мое предложение: провести семинары и обучающие программы для тренеров, предложив им эффективные современные способы поддержания веса в рабочем состоянии. Потому что кто-то из тренеров хорошо знает, что нужно делать. Та же Тамара Москвина. Она действует мягко и ненавязчиво, очень дипломатично, постепенно, она добивается того, что фигуристка избавляется от лишних килограммов сама, без крика и давления. Николай Великов – просто гений. Он подарил моей дочери маленькую, красивую тарелочку и сказал: «Если ты будешь всегда есть только из этой тарелочки, будешь красивой и стройной». Сколько лет прошло, этой тарелочкой у нас дома уже никто не пользуется, но она стоит, как сувенир и моя дочь, взглянув на нее, каждый раз тепло улыбается, вспоминая Николая Матвеевича. Наталья Павлова так не умела.

— Ольга, но у Юли уже год был другой тренер, Артур Дмитриев. Он специально отправил ее в отпуск, продлил срок отпуска, справедливо предполагая что без нагрузок, на отдыхе, она не сможет не поправиться. А она потеряла еще несколько килограмм.

— Есть вещи, которые не забываются. Наталью Павлову люблю и обожаю, это человек очень умный, интересный, яркий, с чувством юмора, но в отношении веса она действует, к сожалению, слишком прямолинейно и беспощадно. Когда ее девочки видят весы, у них на лицах написано все, что они при этом чувствуют. И этот страх сохраняется на много лет. Никогда не забуду случайно увиденную мной сцену. Бывшие фигуристки Натальи Павловой сидели в кафе, пили кофе, прошли уже годы с тех пор, как они ушли из ее группы и вообще из фигурного катания и вдруг… На экране телевизора появляется ее лицо. У одной из девочек так задрожали руки, что кофе выплеснулся из чашки на стол!

— И что-то похожее продолжало происходить с Юлей Антиповой?

— Конечно. Но я хотела бы сместить акцент с отдельных личностей. Это действительно очень серьезная проблема. Через анорексию прошли многие наши известные фигуристки, просто об этом не писали в прессе. Любовь Илюшечкина (сейчас выступает за Канаду в паре с Диланом Московичем – прим. Авт.), Анастасия Мартюшева (экс-партнерша Алексея Рогонова, парное катание – прим. Авт.). Все говорили когда еще Базарова каталась у Калининой: посмотрите на Веру Базарову, какая она стройненькая и легкая, берите с нее пример. А пример, как потом выяснилось, решался способом из позапрошлого века, классическим методом русских дворянок. После обеда два пальца в рот… Получается, что у нас многие тренеры просто не обучены, они требуют, но не могут объяснить, как этого добиться. И при этом закрывают глаза, прекрасно зная, какими способами девочки исполняют приказы. Когда одна из бывших фигуристок Павловой, попав к Инго Штойеру, после первой же тренировки услышала очень важную фразу: «Узнаю, что блюешь – выгоню!».

Им не нужно сейчас возмущаться и обижаться на меня за то, что я говорю все эти вещи. Но когда шестилетний ребенок в ответ на безобидное предложение: «Конфетку хочешь?», серьезно отвечает: «Нет, что вы, тренер сказал, что мне нужно худеть», согласитесь такого, мягко говоря, быть не должно. Или когда дети заворачиваются в полиэтилен, бегают по полтора часа по залу, доводя себя до того, что они уже просто задыхаются, и лица у них свекольного цвета… Если бы только лица. После нескольких месяцев такого «похудания» при обследованиях уже обнаруживаются сбои в работе сердца!

— Каждый решает проблему с весом, как умеет?

— А решать ее нужно правильно! Вы знаете, скольких фигуристов я уже отвела к своему очень известному профессору в Петербурге с просьбой помочь разобраться с последствиями их диет?! Мария Мухортова была очень волевой: она просто мало ела и пила, она ограничила себя и — ни шага вправо, ни шага влево. Но ее кровь в результате стала настолько густой, что и ее диета превратилась в серьезную угрозу для здоровья. Профессор посоветовал Марии брать на каждую тренировку бутылку воды, ставить ее на бортик, периодически подъезжать и пить столько, сколько хочется. Но ведь это же не дело, когда каждый «выживает, как может». Чем чаще всего заканчиваются такие вот самопальные диеты? Переломами. Мышцы работают в тяжелом режиме, им нужны микроэлементы, которые в организм почти не поступают, и они начинают тянуть их из костей. После перелома ног продолжать карьеру в фигурном катании практически невозможно… Это мало кому удавалось.

У Юли Антиповой это закончилось катастрофической формой анорексии. Вы бы видели, в каком состоянии она находилась в последние дни перед отъездом в Израиль. Перед ней ставили стакан с соком, или водой, она часами гипнотизировала его взглядом, но не могла сделать ни глотка! Поэтому ее родители вылетели в израильскую клинику в праздники, раньше, чем она могла их принять, в отчаянии они надеялись что, может быть, хотя бы смена обстановку сможет что-то изменить!

— Насколько я понимаю, они не вернутся в Россию, пока Юля не выздоровеет, несмотря на то, что федерация фигурного катания уже не может оплачивать дорогостоящее лечение.

— Да, счета, которые выставляет израильская клиника – они действительно астрономические. Но по поводу того, чтобы вернуться в Россию и продолжить лечение здесь – это не так просто, как кажется на первый взгляд. Да, Юлю и в Москве врачи собирались кормить через катетер. Но при этом они хотели ввести ее в состояние искусственной комы! Какие родители пойдут на такое?! От постоянных капельниц ее вены были настолько исколоты и травмированы, что у девочки при виде иглы начиналась истерика.

— Сейчас семья Антиповых должна израильской клинике 110 тысяч долларов. Сбор средств через Интернет продолжается. Но можно ли собрать через Интернет такие деньги?

— Конечно, нет. «Вконтакте» есть специальная группа, посвященная Юле. Там публикуются все счета, все документы, подтверждающие расходы. Но люди, вступившие в эту группу, уже отдали все, что могли. Некоторые переводили деньги даже несколько раз. Собрали 10 тысяч долларов. Я думаю, это уже предел. Ее родители уже думают о том, чтобы отработать долг перед клиникой, устроившись туда кем угодно. Продать им нечего. Маленькая двухкомнатная квартира в ближнем Подмосковье. Продать ее можно, но что потом? Оказаться на улице? Я писала уже об анорексии в Интернете множество раз. Кроме того, в издании «Московский фигурист» еще в 2008 году у меня вышло специальное мини-пособие для родителей маленьких спортсменов, «Шит и меч щитовидной железы». Чтобы они с пониманием относились к такому сложному виду спорта, как фигурное катание.

Но я не в состоянии в одиночку решить эти проблемы, требующие комплексного подхода и активного участия со стороны научных институтов и федерации. У меня уже просто опускаются руки. Возникает ощущение, что это никому не нужно, кроме меня!

www.sovsport.ru

Загрузка...

Поиск
Загрузка...